Первый голос.Каждый год в конце мая-начале июня казачье объединение Монреаля, станица имени Атамана Галедина, вспоминает трагедию казачества после окончания Второй мировой войны. Выдачу союзниками советским властям около 35 тысяч казаков, сражавшихся против советской армии под знаменами национальной России. Наиболее жестоко выдача казаков проходила в австрийском городе Лиенце в Тироле, где до сих пор помнят это событие, и на небольшом русском кладбище на берегу горной реки Дравы стоит памятник жертвам насильственной репатриации, которую проводили британские войска.
На этом кладбище покоятся тела около 27 казаков, погибших во время выдачи. В соответствии с Ялтинским соглашением, союзники обещали Сталину депортировать на родину всех советских граждан, оказавшихся за пределами СССР во время войны. Большинство этих людей, военнопленных, участников Ласовского движения, остовских рабочих, возвращаться в СССР не хотели, зная, что их там ожидает. Для выполнения обещания данного советским властям союзники были вынуждены применять силу. В своем стремлении угодить Сталину они нередко выдавали репатриационным комиссиям даже людей, никогда не имевших советского гражданства и не подлежавших репатриации по Ялтинскому соглашению.
В это число входили русские эмигранты первой волны, среди которых были казачьи корпуса генерала Краснова и атамана Шкуро, участвовавшие в Белом движении и ушедшие вместе с Белой армией. Тем не менее, генерал Краснов и атаман Шкуро, а также другие руководители казачества, такие как Кличгирей и фон Панвец, были отправлены в Советский Союз и там повешены. Всех их вместе с другими офицерами заманили якобы для совещания с британским командованием и передали советским властям.
Кавалер высшего британского ордена подвязки Атаман Шкуро, награжденный в 1919 году, швырнул эту награду под ноги британским офицерам, выдававшим его на смерть. Покончив с офицерами, британские войска приступили к насильственной репатриации рядовых казаков, собравшихся 1 июня 1945 года в долине реки Дравы на окраине Лианца. Среди собравшихся было 4 тысячи женщин и 2,5 тысячи детей. Узнав, что их будут репатриировать, некоторые казаки предпочитали смерть насильственному возвращению в Советский Союз.
Были случаи, когда люди убивали своих детей и себя, перерезали горло бритвой, бросались в бурные воды дравы. Тех, кому удалось в суматохе бежать, англичане вылавливали с невиданным усердием и передавали советским властям. Спастись удалось лишь немногим. В прошлое воскресенье по случаю 40-летия Лиенской трагедии в Монреальском Свято-Николаевском кафедральном соборе состоялась панихида по погибшим казакам и их руководителям.
Панихиду служил владыка Виталий, архиепископ монреальский и канадский русской зарубежной церкви. По окончании панихиды в церковном зале состоялась поминальная трапеза, на которой с воспоминаниями о насильственных выдачах выступили представители казачьей станицы имени атамана Каледина. В своем слове к собравшимся архиепископ Виталий говорил об истории казачества, охранявшего российские границы и о вольнолюбивом духе казаков, которые первые после большевистского переворота оказали сопротивление новому порядку, так как дорожили своей свободой.
В Монреале проживает Федор Порфирьевич Ерофеев, донской казак, участник Первой мировой войны и Белого движения, георгиевский кавалер. Он и его семья одни из немногих, кто уцелел во время выдачи казаков в Лиенце. Я попросил его рассказать, как проходила выдача.
Второй голос.Ну, приехали английские войска с грузовиками и повылазили оттуда солдаты английские, понимаете, с палками, с такими кирки-держаки. Ну и всем предлагали, что, значит, сказали через переводчика нам, что вы сейчас должны грузиться. Мы закричали никто, они свое делают. Потом насилком начали хватать и кидать в грузовики. После этого, значит, когда они начали грузить, другие выскакивают, того грузят, того бьют, понимаете, и свалилось.
А потом начали на хвосте стрелять по нас, в толпу прямо. Стреляли. Духовенство молилось, они заходили, выбивали прямо Евангелие с рук, понимаешь ты, в духовенство. Вся толпа, может, там 15-20 тысяч было, не меньше, в лагере. И вот мы там молились, и пели, и потом, значит, набили они, и прямо по Евангелию священники поднимали руки, это, знаете, это во время, значит, что это нужно петь, они к небу просили Бога, это же, и мы молились, и все.
Но уже когда это сильное, добавили майор, когда скомандовал, значит, бейте, грузите, значит, тогда уже было очень скверное положение. Ну и что делать? Я повернулся к жене, у меня дочка стояла маленькая. Что делать? Значит, давайте, потом как, завалили этот забор в задней стены, не к речке дралась, туда. Ну и мы побежали по Наддрау, я посадил свою дочку Галину, ей было тогда 5 лет, и мы бежали дошли до моста, и как раз шел конвой уже на мост, чтобы не пустили, но мы перебежали по мосту, и что делать дальше, что нам делать, это выдают советом на смерть.
Значит, мы сейчас залезли, у нас лошадь была и свой транспорт, будка на 5-е. Мы залезли, пару кусков там, что это было, лесало у нас, взяли и одежду кое-какую, взяли в мешок и лошадь и повели в горы.
Первый голос.Семье Ерофеевых удалось скрыться на некоторое время в Альпах. Но их в конце концов выловили британские солдаты и отправили обратно в лагерь. Из лагеря им удалось впоследствии бежать и скрыться у местных австрийских крестьян под видом работников. В 1948 году семья Ерофеевых благополучно прибыла в Канаду. Я спросил Федора Порфирича. Федор Порфирич, сколько человек, как вы думаете, было выдано в Лиенции советским властям?
Второй голос.Много, конечно. Тысяч 25-30 это было, а то и может и больше.
Первый голос.И какова их судьба?
Второй голос.А судьба уже в большинстве, мы получали сведения, они были сосланы прямо на Сибирь, на север туда. Оттуда поумирали большинство, понимаете, когда трудной работой, понимаешь, тоже работать их туда в колхозы загнали там своими семьями. И мы имеем, значит, своего села, откуда мы выехали, там родные написали, что Стеша умер, Горилина умерла, так и все, все поумирали, кто это спасли, потому что переезд не кормили как следует, это когда везли от Лиенца до Сибири.
Первый голос.То есть их выдали советским властям на смерть?
Второй голос.Это выдали, которые грузили влиянцы поезда. Но люди, мы что сидели, люди, которые были наполнены вагонами красными, кричали в окна, спасайтесь люди, как хотите.
Первый голос.Федор Порфирьевич, некоторые люди кончали самоубийство.
Второй голос.Да, люди кончали самоубийством и в воду бросались, и смерть, и я хотел тоже застрелиться. Вот жена знает, что я тоже говорю, для чего жить, это такое издевательство, это же не есть такое. Вот поэтому, значит, хотели тоже, ну, ну, так же вот и продолжали свое такое мучение. Бежали, бежали и бежали.
Первый голос.Говорил житель Монреаля донской казак Федор Ерофеев, уцелевший от выдачи казаков советским властям в Лиенце. Только в конце 70-х годов трагедия казачества и других русских, не желавших возвращаться в СССР, получила широкую известность. Об их судьбе рассказали граф Николай Толстой в книге «Жертвы Ялты» и лорд Беттл в своей книге «Последняя тайна». Нынешнее британское правительство во главе с Маргарет Тэтчер осудило послевоенную политику выдачи русских беженцев советским властям и распорядилось о сооружении памятника жертвам Ялты в одном из лондонских скверов.