Первый голос.Шевченкова в Киеве стоит памятник. На нервном красавце коне юный с красивым вдохновенным лицом всадник в форме красного командира. Свободным движением приветствует он великий город. Это счет. Этому легендарному полководцу гражданской войны, освободившему столицу Украины от от белогвардейских банд, благодарные киевляне воздвигли памятник. Именем Щерса названы города и улицы, школы и дворцы культуры. С именем Щерса воевали в годы Великой Отечественной войны партизаны Черниговщины, насчитывавшие в своих рядах 40 тысяч человек.
Это о нем, о Николае Александровиче Щерсе, много лет спустя мы читали на одной из братских могил Сталинграда. Имя Щерса на ваших знаменах пронесли бы со славой в боях, в звонких песнях победы и рожденных, вечно будете жить в их сердцах. И действительно, песня о Щерсе, звонкий ему памятник, живет в сердцах людей. Константин Георгиевич Паустовский писал Легенды рождаются, как ветер. Они шумят над страной и передаются из уст в уста.
Они разносят славу побед и гордость народа своими сынами и дочерьми. Народ награждает лучших людей прекрасными легендами. Легенда – это всенародное признание, это проявление любви и благодарности. Имя Николая Щерса окружено славой, большой отваги и мужества, красоты и благородства, честности и беззаветной преданности делу революции. О нем, двадцатилетнем Камдиве, элегантном и подтянутом, стройном и изящном, уже тогда ходили легенды.
Народ дописывал порой несвойственные Щерсу, но очень чтимые в народе человеческие качества, украшая и без того прекрасного госполководца. Вот одна из таких легенд. Каков из себя Щерс? Щерс сел на лавку, лавка под ним заскрипела. Щёрс засмеялся, стёкла в окнах весело и ласково зазвенели. Встал из-за стола, в потолок упёрся головой. Когда в 1935 году страна отмечала 40-летие Комдива, была создана поэтом Михаилом Голодным и композитором Матвеем Блантером знаменитая песня о Щерсе.
В ней, в этой песне было как бы выбрано все хорошее и светлое, что народ рассказывал о Николае Щерсе, о командире и солдате, который и руководил боем, и участвовал в нем сам с винтовкой в руках. О Щерсе, который, будучи военным фельдшером, сам порой лечил бойцов. О Щерсе, талантливом военном специалисте, блестяще решавшем все труднейшие вопросы военных действий и никогда не оставлявшим своих бойцов в беде. Вот что о том давнем трудном для советской Украины времени рассказала жена Николая Александровича Щерса, Фрума Ефимовна Ростова Щерс.
Второй голос.Да, сила Счёрса была именно в его большой, глубокой человечности. На Унече, на маленькой засолочной станции на границе формировался Багунский полк, первый полк первой украинской дивизии. А рядом, восточнее, старый батька Баженко, киевский рабочий, формировал славный Тарашчанский полк. Тарашчанский командовал бригадой из этих двух полков, в то же время оставаясь командиром Долгунского полка. Нам было тяжело, мы все оставили по ту сторону границы, наши семьи, наша родина, все осталось там.
Солдаты бились с немцами, с гайдамаками, хоронили мы товарищей, пели любимую песню Владимира Ильича «Замучен тяжелой неволей». Мы пели это вместо похоронного марша. Мы так пели, но слезы душили. И не только глаза, но и сердце жгла ненависть и страстное желание скорее победить, скорее освободить свою родину, прекрасную страну Украины. Николай Александрович был командиром ленинского толка. Он очень хорошо понимал вопрос организации новой армии. Он понимал вопросы отношения к человеку.
Счёрст создал школу классных командиров, которая была образцовой. Он стремился не только обучить командиров военному делу, но и заботился об их культурном росте. Щерст неоднократно издавал приказы командирам полков о сохранении народного достояния не только в виде материальных ценностей вообще, но особо приказывал собирать, хранить, сберегать художественные ценности, картины, книги, скульптуры. который в Житомире еще прямо в огне боев поручил одному художнику Смирнову собирать в богатейших фольварках польских и украинских магнатов художественные ценности.
И когда я в 1939 году, в 20-летие гибели Николая Александровича, была в Житомире, зашла в музей житомирский, то этот товарищ Смирнов со слезами рассказал мне об этом, он не мог забыть, как он был удивлен, когда Красная Армия, которую изображали наши враги, как бандитов, как разнушенную толпу, обеспечила создание этого музея и сохранение замечательных картин. Были концерты одного из славной семьи музыкантов Риэнтовичей, известный скрипач Яков Новымич Риэнтович, который очень долго в этом работал в Оркестре Большого Театра.
Он иногда играл даже у нас в рабочем кабинете, и если кто-нибудь из нас не мог присутствовать, то включались телефоны и слушали там, где находились. Соратники Шчёрса писали о Шчёрсе такие слова, которые служат его лучшей характеристикой – тому, кто сочетал в себе горячее партизанское сердце с чётким дисциплинированным умом красного командира.
Третий голос.Слышен стук копыт, знамя Щерса красное на ветру шумит, на ветру шумит.
Первый голос.Николай Щерс погиб 30 августа 1919 года. Он остался для нас навсегда молодым, 24-летним, таким, каким мы видим его на бульваре Шевченко в Киеве, стоящим на стременах с высоко поднятой, приветственным жестью правой рукой. Красивое, гордое и вдохновенное лицо Щерса дышит отвагой и мужеством. Кажется, что конь с легендарным всадником на спине, устремившись вперед, проходит перед строем солдат революции.
Третий голос.Кто под красным знаменем ранен и идёт? И под раз новый мир Щёрс идёт под знаменем красный командир. С участью нам, дорогие, смолкли голоса, Солнце к низу клонится, падает трасса, Лихо мчится конница, слышен стук копыт, Знамя щерца красное на ветру шумит.