Первый голос.Я, Репин Валерий Тимофеевич, бывший распорядитель так называемого Русского общественного фонда помощи политзаключенным и их семьям в Ленинграде, в декабре 1981 года был привлечен к уголовной ответственности за свою антисоветскую деятельность. В период выхождения под следствием, время и факты убедили меня, как глубоко я ошибался и какой вред своей деятельности я нарезал нашей стране, нашему народу. В связи с этим, я хочу выступить с заявлением, которое делаю добровольно, без какого-либо давления со стороны органов следствия.
Неосмысливание прошедших событий был для меня неизлежчивым и продолжался значительный промежуток времени. Неопривержимость доказательств и беседы со следователем, который проявлял тактичность и терпение, со всей убедительностью показали мою неприглядную роль в политических мотивациях, проводимых разного рода антисоветчиками из числа моих знакомых. Я раскаиваюсь своей деятельностью, и пусть мое раскаяние поможет моим бывшим друзьям и знакомым, людям, которые верят в западную пропаганду, увидеть действительность так, как это увидел я, правда, с опозданием.
Исходя из этого, я по мере сил стал оказывать помощь следствию с тем, чтобы свести к минимуму тот ущерб, который я причинил своими действиями моей Родине. Должен сказать, что это далось мне нелегко, но решив окончательно порвать с прошлым и доказать свою откровенность, я оказал содействие следствию в получении моего архива и подробно раскрыл роль лиц, которые способствовали моей враждебной деятельности. Сегодня я хочу рассказать, как стал орудием в руках иностранных дельцов, ведущих идеологическую борьбу против нашей страны, как я, не задумываясь о том, что делал, предоставлял этим людям и разным отчетельцам, покинувшим родину, материалы для клеветы на существующий строй в нашей стране.
В 1951 году в Ленинграде в семье служащего работал выпускающим в редакции газеты «Ленинградский рабочий». Не я, никто из членов моей семьи ранее не привлекались к уголовной ответственности и никогда не преследовались властями. У меня была интересная, хорошо оплачиваемая работа, хорошая семья. Я имел все условия для нормальной жизни, но все это я не ценил, воспринимал как само собой разумеющееся. В тот период времени меня интересовала проблема прав человека, как в нашей стране, так и за рубежом.
Не имея достаточного образования и жизненного опыта, я думал, что смогу правильно разобраться в сложных политических и социальных вопросах, которые в настоящее время так остро обсуждаются во всем мире. Я считал, что советская пропаганда освещает эту проблему не объективно и стал регулярно прослушивать передачи зарубежных радиостанций, надеясь найти в них правдивую, как я думал, информацию по интересующей меня проблеме.
В ходе прослушивания зарубежных радиостанций я постепенно подпал под влияние их передач, перестал объективно оценивать происходящие в нашей стране события. Я начал общаться с некоторыми лицами, называемыми на Западе диссидентами, которые оказали решающее влияние на мои взгляды и убеждения. В 1976 году я познакомился с Валерией Ивановной Исаковой. Муж Исаковой, Давыдов Георгий Валентинович, в 1973 году был осужден за антисоветскую деятельность и отбывал наказание.
Познакомившись с Исаковой, я стал регулярно получать от нее антисоветскую литературу, произведения Служеницына, сборники, хроника текущих событий. Она также просила меня постоянно прослушивать передачи западных радиостанций, говоря, что только слушая их и читая вышеуказанную литературу, я могу узнать правду о правах человека в нашей стране. Я был распорядителем Русского общественного фонда помощи политзаключенным и их семьям в Ленинграде, именуемого вначале фондом Солженицына, который был создан органами западных спецслужб под вывеской благотворительности.
После знакомства с Исаковой я оказывал ей некоторую помощь в ее деятельности и узнал, что представляет собой этот фонд и чему он служит на самом деле. Через Исакову я познакомился с Алиной Сергеевной Жалковской-Генбург, которая в то время являлась главным распорядителем фонда в СССР. Она также, как и Исакова, занималась сбором и передачей на Запад клеветнической информации. Моя помощь Исаковой состояла в том, чтобы ездить в Москву, в Каренин-Днезбург за деньгами фонда, навещать родственников осужденных, получать от них информацию, составлять ежеквартальные отчеты фонда.
Я также помогал Исаковой отправлять через арену Днепр и Ивана Ковалева собранную информацию для хроники текущих событий, клеветнического издания, нелегально переправляемого на Запад. Эти же материалы использовались в передачах радиоцентра «Свобода», чем наносился ущерб политическому престижу СССР на путь преступной антисоветской. Я тогда особенно не задумывался о том, какой вред приносит ее деятельность в нашей стране. К ней часто приезжали иностранные туристы, которые привозили ей вещи, предназначенные лично для нее, а также для продажи, чтобы на вырученные деньги можно было приобрести информацию, оплатить размножение антисоветской литературы.
Полученную от Исаковой информацию иностранцы увозили на Запад ее знакомому, бывшему гражданину СССР, Краниду Аркадьевичу Любарскому. О Краниде Любарском мне известно, что ранее он проживал в Москве, был судим за антисоветскую деятельность и после отбытия наказания выехал из СССР по каналу эмиграции. В Израиль он не поехал, а обосновался в ФРГ в городе Мюнхене. Он стал заниматься проведением враждебной деятельности против СССР.
Так, он организовал выпуск информационного бюллетеня под названием «Вести из СССР», который издается в Брюсселе. В этом бюллетене публикуются материалы, которые нелегально поступают из нашей страны и после редактирования Любарским приобретают явный антисоветский характер. Он сотрудничает с радиостанцией «Радио Свобода», финансируемой Центральным разведывательным управлением Соединенных Штатов Америки, и использует получаемую информацию в своих выступлениях по радио, а также передает ее в различные зарубежные издательства журналов, сборников и газет антисоветской направленности.
В 1978 году Исакова уехала из Ленинграда к мужу. Перед отъездом она получила мне взять на себя обязанности распорядителя фонда в Ленинграде. В то время я еще в полной мере не осознавал, что этим самым я встал на путь преступной деятельности и стал активным помощником врагов нашей страны. Превыше всего для меня была дружба этих людей, которые казались мне героями, борцами за права человека, хотя в действительности они давно изменили своему народу.
В середине 1979 года Исакова и Давыдов вернулись в Ленинград. С приезда произошло мое личное знакомство с Давыдовым. Я постоянно видел у него дома антисоветскую литературу К нему зачастили в гости иностранные визитеры Среди его знакомых в основном были лица от бывшие или от бывающие наказания за преступную Он поддерживал с ними постоянную переписку и, используя ее, составлял и отправлял на Запад различного рода клеветническую информацию На его имя из-за границы стали приходить посылки и бандероли от выехавших из СССР антисоветчиков.
Голубев ездил в Москву, Таллинн, где он опрашивал бывших заключенных о их жизни в колонии и имеющиеся у него данные вносил в так называемый список политдоключенных, который имелся у распорядителей фонда. Через бывших осужденных он узнавал фамилии и адреса лиц, отбывающих наказание за антисоветскую деятельность. В своих беседах со мной Давыдов неоднократно говорил, что основная цель его деятельности – отправка собранной информации на Запад, в частности, своему другу Краниду Любарскому, с тем, чтобы эта информация использовалась против существующего строя в нашей стране.
неоднократно писал о том, что он сможет помочь Давыдову и его семье устроиться в ФРГ и найти подходящую работу. В апреле 1980 года Давыдов, понимая, что рано или поздно он еще раз может быть привлечен к уголовной ответственности, вместе с семьей эмигрировал из СССР и обосновался в ФРГ. Он стал сотрудничать с радиостанцией «Радио Свобода». За время работы на этой радиостанции Давыдов систематически выступал с клеветническими передачами.
Еще раз подтверждает то, выехавших на Запад. Зарубежные подробные центры активно используют свои враждебные деятельности против нашей страны. Перед отъездом из СССР Давыдов подробно проинструктировал меня, как нужно заниматься сбором сведений, которые должны быть использованы средствами массовой информации Запада в идеологической борьбе против нашей страны. Он также просил меня дополнять так называемый список политуключенных, искать новых лиц, осужденных за антисоветскую деятельность и переправлять всю эту информацию нелегальным путем на Запад ему и Любарскому.
Он обещал за этими сведениями присылать ко мне иностранных туристов. После отъезда Давыдова и Исаковой я стал единоличным распорядителем фонда в Ленинграде. Неизвестно, фонд был создан в 1973 году. Официально было объявлено, что директором распорядителем фонда на Западе является жена Солженицына Наталья Светлова, и что средства фонда составляют гонорары от издания произведений Солженицына. В уставе фонда сказано, что помощь, оказанная фондом, не налагает никаких обязательств на тех, кому фонд помог.
Может показаться, что фонд действительно является безобидной благотворительной организацией. Но устав фонда – это реклама. На самом деле, рост фонда не так безобидно и преследует далеко ведущие цели, приносит огромный вред нашей стране, ставит в полную зависимость от Запада руководителей фонда в СССР и их помощников, всех тех, кто прямо или косвенно участвует в его деятельности. В его ранних документах откровенно говорилось, что основная цель фонда – материально и морально поддерживать лиц, занимающихся антисоветской деятельностью. А уж это никак не вяжется с благотворительностью.
Все, кто получает материальную помощь фонда, чувствуют себя обязанными в настоящем и будущем за полученные деньги продолжать заниматься антисоветской деятельностью, снабжать различной информацией тех, кто дал им деньги. Фонд не помогает тем, кто отказался от продолжения борьбы с советской властью. Те же, кто за полученные от фонда деньги собирал интересующую запад информацию, передавали ее мне, как руководителю фонда в Ленинграде.
Я через приезжающих ко мне иностранцев передавал ее дальше, Она не достигнет тех, кто не жалеет денег и является действительным организатором фонда и финансирует его деятельность. Это спецслужбы Соединенных Штатов Америки, которые непрерывно ведут ярую антисоветскую пропаганду, используя радиостанции «Свобода», «Свободная Европа», «Голос Америки» и другие центры лжи и радиостанции. в своих передачах ежедневно на языках многих народов СССР тратят огромное количество часов с тем, чтобы как можно больше потоков грязи было вылито на нашу страну и ее порядки.
В настоящее время главным распорядителем фонда в СССР является житель города Москвы Сергей Ходорович, от которого я постоянно получал необходимые денежные суммы, и которому возил различную информацию о деятельности фонда в Ленинграде. До него распорядителем фонда являлся Александр Гензбург, ближайший соратник, затем Татьяна Ходорович, сестра Сергея Ходоровича, которую сменила Арина Гинсбург, ближайшая подруга Женю Славяницына Натальи Светловой.
Все эти лица выехали на Запад, как Гинсбург, Татьяна Ходорович, Исакова, Давыдов, Любарский. Пользуются вывеской фонда и с помощью своих единомышленников, оставшихся в СССР, в том числе и моей, получают нужную информацию. Там эту информацию переделывают и извращают, так, как это нужно хозяевам радиостанций, чтобы получить свою долю прибыли, после чего передают в эфир, печатают в журналах и газетах. Это полностью подтверждает тот факт, интересует, насколько правдива покупаемая ими информация.
Главное, получить ее, и в пользу для этого разного рода отщепенцев, живущих за границей, где они нашли приют и поправительство спецслужб Запада, выполняя их грязную работу. Однако этого я не осознал и попал в окружение людей, исповедующих западную идеологию, которая в частности распространяется выехавшими из СССР антисоветчиками. Диктовку пропагандистских центров Запада льют потоки лжи и клеветы на нашу страну, которая их вырастила, дала возможность учиться и работать. Они не понимают того, что стали яростными врагами своей страны, своими действиями позорят родных и близких, которые остались на родине.
Но всем этим людям и вместе с ними тем, кто старается клеветать на СССР и его строй, должно быть понятно одно. Правду о нашей стране нельзя замолчать. Я уверен, что каждый советский человек способен отделить правду от лжи. Но, к сожалению, среди 200-700-миллионного населения нашей страны есть еще отдельные лица, которые оказывают услуги дельцам Запада, преследуя свои корыстные цели – улучшить свое материальное положение, создать себе имя, надеясь на последующий выезд за рубеж.
В этом им активно помогает фонд и его руководители. Простой подсчет показывает, что на деньги фонда, что на деньги Сузеницына фонд не мог бы существовать длительное время. Только в Ленинграде мною за два с половиной года были страчены на оказание помощи осужденным за государственные преступления и сбор информации весьма значительные суммы денег. В роли фонда я хотел бы привести ряд фактов, которые говорят сами за себя и показывают, что такое фонд и кто им руководит.
Так, например, в мои обязанности входило оказывать материальную помощь заключенным, отбывающим или отбывшим наказание за антисоветскую деятельность, получать от них сведения. Для сбора этой информации я использовал вопросник, который мне в двух экземплярах прислали Давыдов и Любарский по дипломатической почте через Генконсульство США в Ленинграде и который мне непосредственно передали гувернантка Генконсула США Элизабет Вуд и стажер ЛГУ имени Жданова Турнбал Даниэль, Гражданин Соединенных Штатов Америки.
По своей направленности вопросник далеко выходит за рамки обычной диссидентской информации. Вопросник содержал около 70 вопросов различного характера. Перечислить их все просто невозможно. Я укажу только некоторые из них. ...и категории осужденных, находящихся в исправительно-трудовых учреждениях, фамилии и звания должностных лиц, количество солдат охраны и их вооружения, места расположения, система охраны и внутренний распорядок исправительно-трудовых учреждений, настроение заключенных и методы борьбы с администрацией тех лиц, которые, отбывая наказание, продолжают свою антисоветскую деятельность, предприятия, на которых и впользуются труд осужденных и характер производимой ими продукции, и так далее.
Этот вопросник направлен на сбор сведений, составляющих государственную тайну. Такие сведения вряд ли могли не интересовать только Любарского и Давыдова, как и подробная информация о ботнесоветской, шпионской и иной враждебной деятельности так называемых политзаключенных. Прежде всего, эти сведения должны были быть хозяевом для использования в ущерб СССР, вмешательства в его внутренние дела для формирования кадров пятой колонны.
Одновременно с этим данные сведения используются для раздувания гонки вооружений, для поднятия шумихи по поводу очередных жертв советской власти, привлеченных к ответственности за якобы правозащитную деятельность, создание у западного читателя представления о том, что жизнь в СССР состоит из сплошной полосы обысков и тому подобного. Выполняя поручения от грабителей вопросника, я занимался сбором информации, с его помощью опрашивал разных лиц, брал у них копии приговоров, обвинительные заключения по делам, узнавал фамилии новых осужденных, вносил их в список так называемых политзаключенных.
Поручал произвести такие опросы отдельным своим знакомым, используя в этих целях деньги фонда. Интересуясь ходом рассмотрения уголовных дел, посещал с этой целью судебные заседания. Оказывая материальную помощь осужденным и их семьям, я своими действиями давал им понять, что даром деньги не дают. Таким образом, я стимулировал враждебную деятельность этих людей, использовал их в сборе с интересующей меня информации. Полученную и, как я потом понял, клеветническую информацию обработать и приготовить к нелегальной отправке на Запад, я использовал средства фонда для приобретения фотоаппаратуры, магнитофонов, они были нужны для записи в судах, пишущих машинок и других средств.
Связь с Западом поддерживает череды иностранцев, приезжающих в Ленинград по различным каналам. До Выдова и Любарского регулярно приезжали иностранные туристы, которые привозили и покупали в магазинах берега различные вещи для нужд фонда. Им я также передавал клеветническую информацию, которую они постоянно просили и выражали недовольство, если таковой у меня не имелось. Их поездки в СССР, как я потом понял, оплачивались различными зарубежными центрами и уехать пустыми руками они не могли.
Я хотел бы рассказать о моих знакомых иностранцах, которые помогали мне в моей антисоветской деятельности. Как я уже говорил, ко мне систематически приезжали иностранцы, которые поддерживали мою враждебную деятельность и подстрекали на ее продолжение. В начале 1980 года через гражданина Канады Роберта Пакстера, стажера одного из ленинградских вузов, я передал в адрес Любарского и Давыдова несколько писем с информацией о положении так называемых политзаключенных в СССР, которые Пакстер, как мне известно, переслал по дипломатической почте.
В конце 1980 года, в первой половине 1981 года, я передал уже упоминавшимся гражданам США Элизабет Вуд, Турмбол Даниэлю и стажеру Элгу имени Жданова Джерри Суру для переправки в адрес Любарского и Давыдова около 10 писем с клеветнической информацией о положении в СССР, а также сведения, собранные с помощью вопросника, которые они отправили за границу и используя дипломатическую почту Генерального консульства США в Ленинграде.
Во всех этих посланиях излагалось сведения о содержании особо опасных государственных преступников в исправительных трудовых учреждениях. Их заявления с призывами бойкотировать Олимпийские игры в Москве, обращения к участникам мадридской встречи с требованиями объявить политический и экономический бойкот в нашей стране. с 1979 по 1981 год в Ленинград в качестве туристки несколько раз приезжала гражданка Голландии Свильдес Элен.
Она знала, что я являюсь распорядителем фонда, в связи с чем привозила мне различные вещи, а взамен просила и получала различного рода клеветническую информацию а лицам, осужденных за совершение государственных преступлений и антисоветскую деятельность. Из бесед с ним мне стало известно, что эти сведения она не только передавала Любарскому, но и сама использовала для публикации клеветнических статей в различного рода западных изданиях.
В тот же период ко мне неоднократно приезжали туристки из Голландии, Лаура Старин и Хелла Роденберг, которые являлись членами международной амнистии. Их я также снабжал подробной информацией, которую они использовали в ущерб нашей стране. В оплату за это они привозили различного рода фотоаппаратуру, пишущие машинки и другую технику, используемую мною и моими единомышленниками для размножения антисоветской литературы, которую я хранил в своем арсиве с целью распространения среди советских граждан.
По поручениям Старинг и Розенберг, стажер из Голландии Ян Смелт в 1981 году приобрел в Березке различные вещи, которые я реализовал для нужд фонда. ...проживающие на Западе, сделал иностранец, представившийся врачом-психиатром. Он приехал по получению бывшего гражданина СССР Яры Магаева, ныне проживающего в США, члена так называемой группы содействия к выполнению сельсинских соглашений. Этот иностранец просил меня передать ему информацию А якобы имеющий...