Первый голос.и отрок, и мысли другие стихи. Я не буду задумываться. Глаза отлечились дырами, очи как зомби, подшаривали, подземные ветви, зеркала от глазаря и многое другое. Первое, мне кажется, очень важное, это первопостепенное, незаметное для нас превращение судебного объекта через слияние. И второе, о чем бы я хотела рассказать, здесь тоже такая вещь, не могу сказать, что неожиданная, но тем не менее, мне кажется, заслуживающая внимание, это такое расширение смысла слова «ахаю», которое может быть осознанно или интуитивно, а в духовном воспитании совершенно другими его значениями, которые имеются в пределах литературного языка, ахаическим или диалектным.
Второй голос.В словаре Даля нет слова Акаем. Я обращалась ко многим словарям, проверяла их, и в словарях славянских языков я очень искала, архаическое это слово или не архаическое. Нет, не архаическое.
Первый голос.И в словаре далее нет слова окаём в значении грязи, но там есть слово окаём в значении совершенно другого. Бездельник, раскольник, плюс, лишний человек.
Второй голос.И эти слова, это слово дано там, где есть глагол окаемлять. И прилагательное окаемный, или окаемный, отличный, крадежный, находящийся в ничем.
Первый голос.И существительное окаем, северо-восточный, негодный, изверженный, венчательный, неядерный, обманщик, лук, мошенник, нескольких оборотов. Бранный расход.
Второй голос.Уцветаливая окаём, это и грань, и грань, и кайма, и кайм, и соблазн, обман. Две совершенно разные этимологии, окаём, вмещаемый оком или вмещающий оком, первая, и вторая, окаём, являющийся каймой или находящийся за гранью, в сравнении с современной оригинальностью, совпадают в едином образе и в единых философских концепциях. Не исключено, что псевдоархаизм окаем – своеобразное переосмысление народного слова окаем. Кстати, в обходной иллюстрации диалектным значением слов окаем и окаемный, характеризующим отверженного человека, может быть стихотворение цитаты «Есть в мире лишний, добавочный, лепительный окаем». Это совершенно вдалеке от окаемного.
Слово «околём» в этих случаях объединяет диалектическое значение артишек и литературное значение перезонского читателя из перерыва и добавочного числа интерьера. Возможно, что инородное и поэтическое восприятие данного значения повлияло на наличие в языке созвучного слова, внешнее созвучие, но для поэта оно значимо. Слово о кайонах. Слово «околом» совпадает один из академических слов. Диалектное значение слова «околом» — «маленькое озеро».
Ну вот что это такое? Случайное внешнее происхождение или какая-то глубокая связь между, конечно, придуманным авторским словом «околом» , и диалектным значением «околом» — «озеро». В протяжении поэмы Крыса и Египет и Руководство. Как это часто бывает авторским словообразованием, новое слово воспроизводит то, что реально существовало или существует в малой известной констабильности языка, в частности, в гласных образах. Ну и здесь, конечно, нельзя не вспомнить высказывания Светаевой о славоотворческих отхождениях по следу слуха народного и природного.
И теперь я хочу обратиться снова к началу поэмы, к самому началу поэмы, где говорится о городе Гармин. Там есть такие строчки «Не забывай, что лирэ, Узреть,
Первый голос.Гармин и умереть».
Второй голос.Вот это вот «Узреть и умереть» — это как бы тоже вот такой маленький конспект того, что будет происходить дальше. Это совсем академом, которое поглощает существо, поглощает крыс, поглощает детей. «Узреть и умереть» — это слова, которые перефразированы на неаполитанскую песенку. «Узреть и умереть», «Узреть и умереть», «Узреть и умереть», «Париж и умереть». Всё это вот такая языковая банальность, которая у Цветаевой переосмысливается, наполняется другим смыслом, и смыслом, с одной стороны, буквальным, и с другой стороны, как будто бы снижение, символ превращается в нечто буквальное, понятое, и с другой стороны, этот такой символ расхожий, банальный, становится наполненным, безусловно, философским.
Так, от граммописника и источника банальности преодолеются убитые умы патриотистов. Другой устроенный рай-город в рай смысл, в рай смысл, в рай слуха, в рай мука. И глазомер, о котором говорит в старом начале поэма, левый глазомер, превращается в существо в окоек. То есть там никакого расширения не было. Это та же самая модель. Но глазомер, то, что над глазом можно смеяться и видеть, превращается в то, что глазом смеяться нельзя, просто, наоборот, глазами видеть.
Вот. Дальше. Надо сказать, что вот тот фрагмент с пуговицей возрелся, и бережимость возрелся, а он трогается в штанах. Вот он разрылся, а получается, что этот глазомер, этот окоем, пространство, которое могут забрать сидя в глаза, это пуговица, вроде галини. И вот это маленькое пространство потом, вот в этой позиционной сцене перехода на предел, превращается в бесконечность. Пуговица бесконечности. Здесь тоже совершенно, конечно, не случайно и не единичная Цветаева такая метафора. Мы находим в других тех, кто Цветаевой, связь академа с чем-то маленьким, с тем, что постепенно превращается в свое правоположное.
Например, в файле «Конца» «Леса тут ближе к пешке, кто заиграет в нас? Кто? Боги, благие горы, водить отоем глазка, глаз красного коридора, ядовитый доска». Так. Ну, хорошо. Я заканчиваю свой доклад вот чем. Поздоровалась показать вам, как раскрываются потенциальные возможности слова Акаюн у Цветаевой. Слово, которое, с одной стороны, новое, псевдоархаизм, с другой стороны, это слово у Цветаевой наполняется новым смыслом.
свекла его этому псевдо-архаизму, который возвращает в ту глубину, которую псевдо-архаизм не может иметь в езде. Вот. И еще есть одна интересная вещь. Если посмотреть в темологию греческого слова «горизонт», в котором завершается фрагмент, то мы увидим, что здесь цифрозначения и знания в длинном греческом языке, помимо основного значения устанавливаемых границ, есть значение изгонять изгонять у глобального реза, обожествлять кого-то, заявлять, проявлять слово.
Все эти значения присутствуют в образной системе контекста, однако полностью они не охватывают смысл алкоголя. Получается, что Цветаева через художественный образ восстанавливает связь между искусственной и потенциально существующей естественной смысловой перспектацией слова «алкоголь». Так. И в этом вопросе проявляются важнейшие части политического языка Малины Цветаевой, которые связаны не с политическим пределом, не с преодолением предела, но с именем и творчеством.
Это поиск существенных видов, видимо, в виде слова. Это кровообразовательная индукция текста по рождению. Это фразологическая индукция текста по рождению. Четвертое. Множественное значение слова, обусловленное множественностью, чтобы образовательных и фразологических связей этого слова не было. Это единство противоположностей значений слова, как теоретических противоположностей, так и грамматических.
Третий голос.В данном случае наиболее ясно выступают в связи с влиянием противоположностей активные и большие.
Первый голос.Как выпуск трансформации. Трансформация слова, как модель картины мира, будет романтической.
Третий голос.И даже вот такой важнейший принцип, да, это градация, которая проходит через все ее творчество, через усиление критика, вплоть до его исчезновения, до его разрушения.
Первый голос.Мы тоже введем вот на примере этого одного слова о ковер в контексте фрагментов.
Второй голос.Считая эти интересные доклады, я хочу сказать, что у хозяйств, которые касаются
Третий голос....отношение субъекта и объекта, происходит такое неожиданное частичное подтверждение, частичное, может быть, в полной истории России, глубокое опознавание в работе с одной стороны, Я думаю, что в том числе и в том, что в той или иной ситуации есть объекты, а с другой стороны, у Альфа, в этом разговоре с Томасом, я вот сейчас думаю, насколько это близко к тому, что он пишет,
Второй голос.Особенно объектный субъект, в зависимости от того, что объект создает беспокойство, называет беспокойство. Вот это беспокойство со стороны объекта, это и есть то, что заставляет субъекта, так сказать, обратить на себя внимание. И начинается вот эта игра актива-спасива, то есть мне кажется, что очень существенная такая периферичка, чисто языковая, милосовская, но и, скажем, не до языковой, если говорить о ней. Следующее сообщение. Ими люди недалеко. Исследователи по политическому документу считают, что они знают, что они не знают.
Третий голос.соответственно, позволяет раскрыть такие закономерности его строения, которые не лежат на поверхности, и трудно уловить при анализе таких языков, чем их есть.
Второй голос.Поэтический язык сочиняет общие языковые законы с удовольствием шерсти склонениям от нормы, перемен, выкачивания максимальных возможностей, В решении первозданного значения слова принимают его над обыденным языковым сознанием, отказавшим слово как гайку в простых регулярных стилизациях.
Третий голос.В сеть характеристики, визуальной потенции языкового знания, экспериментаторства в высшей степени применима к критическому репрессанию. Поэтический язык Виталия играет конструктивную роль в строении поэтического мира поэта.
Второй голос.По мнению из выдающихся, поэтический язык и поэтический мир – два внутренних согласованных компонента поэтического диалекта Виталия . Поэтический диалект в общем смысле – это индивидуально авторский поэтический язык. С точки зрения создания поэтом собственной модели мира поэтической космогонии, Поэтический язык не самодостаточен, а является следствием выражения философских взглядов поэта, строительного материала и его поэтического мира.
Исследование поэтического диалекта позволяет выявить выразительные возможности и структурные закономерности общей духовной системы, что существенно и для теоретического, и для духовно-описательного, и для технологического направления теоретической поэзии, в общей программе системы функционального подхода, подработанной Ольгой Григорьевной, в основном в семинарах по физическому искусству Тайды Гунгулы. В направлении исследований, в одном из семинаров, определен широкий спектр возможностей изучения физического подхода, обусловленных системой функционального подхода.
В 1993 году студентами-участниками семинара написано около 70 постановок и допустимых бонус-работ, причетных исследованиям языков и анализу политических средств в Цветаеве. Явление политического языка в Цветаеве исследуется в сопоставлении с общеполитическим языком и другими политическими реалистами,
Третий голос.в остальных областях Миноборщика.
Второй голос.Знание о том, что на периметрических зонах работа, отражающих направленность исследований, механизм создания выразительных теоретических эффектов. Теоретические язык-цветания характеризуются активным использованием системных выразительных средств и созданием индивидуального акта, который создает средства на всех уровнях, включаясь в метафорические, графические и культурные, а также инструменты психологического языка, ритм, метод, размер, дизайн.
В движении параноматии, как паранимическое отрабство
Третий голос.в политическом языке .
Второй голос.На работе приведен словарь из точек паранимических
Третий голос.связей .
Второй голос.Авторы в результате исследований делают вывод о том, что паранимические парадигмы представляют одновременно в основном сравнивают быстрительность и картину мира в определенном разреде и статистику мирного универсума, то есть моделируют и некоторые частные и иностранные объекты. Исследования политического языка в Виталии на полуобразовательном уровне приведены к идеальности в работе «Аквадиональное слово сдаст красоты политического языка» .
Анализируя аквадиональное образование в политическом университете Виталия, автор делает вывод, что аквадиональное Академическая слуга проникает в политическую идеологию Цветаева как единственная возможность выражения нужного ей политического смысла, поэтому она не бывает излученной, но всегда необходима. Академические слова делятся на имеющиеся нормы в литературном
Третий голос.языке, такие как молитвенность, прививка к исследованию и не имеющиеся нормы .
Второй голос.В политическом языке Цветаева академализм как правительственное средства клинического языка наиболее активно используются в спортивной воле. Именно в этот период складываются те характерные языковые признаки,
Третий голос.которые формируют язык клинического диалога.
Второй голос.Авторы, исследовавшие клинический диалог с деталью, прослеживали эволюцию закрепления нейронизма средств
Третий голос.на четырех этапах развития клинического диалога с деталью.
Второй голос.Первый этап — в первой половине десятого года,
Третий голос.второй этап — в второй половине десятого года,
Второй голос.В значительной части работы посвящена лексике грамматики
Третий голос.политического языка в Цветаеве.
Второй голос.Рискованная работа далеко уже посвящена анализу и
Третий голос.привлению теоретических книжных лекций .
Второй голос.Использование в Цветаеве теоретических книжных лекций рассматривается с точки зрения функционального
Третий голос.и монетного и ретроспективных традиционных подходов .
Второй голос.Закрывается в Цветаеве процесс демократизации русского поэтического языка, начало которого было
Третий голос.выполнено реформами Пушкина и Некрасовичем.
Второй голос.Поэтический медиалист Виталий расширяет состав неотвольных поэзий и флотов. В этом плане особый интерес вызывает открытие Брауна-Ветчика, как функции предиканции, так и дезинфицирующих функций. В последнем случае актуализуются первичные значения книги, выступающие как внутреннюю по отношению к формирующемуся значению. Например, паразиты пространства в алкоголике везут, что сквозь пыльную тучу воплищущих стоп расшипает. Открытое множество лифтов, значаемые метафорической
Третий голос.комбинацией паразитов пространства, это те,
Второй голос.кто паразитируют на пространстве и вредят ему, отказываясь от природных данных способностей внешнего хода. В 20-е годы в период полифонии стилистические книжные лекции берет на себя функцию передачи разных точек зрения в одном и том же тексте. Стилистические книжные имена рассматриваются как равноправные с словами других стилистических блоков, и выбор имени определяется художественной необходимостью, способностью именно данного слова выполнить возложенное на него качество.
Стилистическая книжная лексика предлагает определенные углы зрения, и выстраиваемая с ее помощью модель мира с одной стороны — упрощённая оборудованная конституционная система, а с другой — фрагментарные подложения к модели мира, создаваемые всеми средствами политической демократии. На употребление библейских реминистерских знаков посвящена работа в Казахстане. По словам автора, писатель развивал в своём творчестве традиции национального политического языка и мирового языка поэзии.
Для ее критического мышления диблейские и ливангинские реминесценции были моментной ограниченностью. Вместе с тем использование реминесцентных знаков в критическом музее Цветаевой отличается высокой степенью новаторства и оригинальности. Да, был человек во влюблении, и сей человек был тот же. Библейские революционные знаки в теоретическом министерстве Таиланда служат целью раздвижения пространственных временных границ человеческого бытия.
При помощи отмечается оппозиция меж сей и меж той. В той же степени служат клубинизмы, решения которых анализируются в работе Польской. Клубинизмы служат средством назначения высшей реальности в теоретическом министерстве Таиланда. но эмпирическая реальность — это статистика снорения с высшей реальностью — получает иные временные и пространственные характеристики. Мир тот и мир с ней пересекается в человеческой личности, наблюдающей огромные нюансы.
Таинственный глаз темного неба и гласная сложность неба в глазах сопредутствуют с тем, в эмпирической реальности. Человек также может позволить ему детьми происходить. Зелень земли ударяла в ноги, бегал, донесся до самых врагов неба. В разный ракурс рассмотрения физического эвакуации Тайги исследования имен лифта отдают физическому диалекту. Ему посвящена работа Горшкова. Авторам слова «имен лифт» наряду с высокой степенью тематического и стилистического разнообразия обращением к аккордеональному именам, использованием имен в рейтинге как функций идентификации, так и функций предыдущих функций, обнаружили также динамик форм, с которым названы параметры, соответствующие статусам и различиям технических диалектических сайтов.
Так, имена пола и образа, составляющие центральную часть, говоря о них, ранее пытаются исполнить. В 30-е годы редко сокращают частотность и используют преимущественно подсмешённые номинации. «Был не принят истинным сыном, как истинным внуком в цивилизации будущего». И наоборот, имена люкс-тилистически сниженного яйца, практически не представленные в ранних годниках, составляют подавляющую часть, как говорят евангелисты XX века.
Изучение четверичного состава, говоря о специальности, посвящено работе Васильевой в категориях участия в
Третий голос.физическом институте.
Второй голос.Настоящая работа, как и вышеназванная, находится возле того направления для изучения языка в службе министратуры, которое развивается с трудов академического
Третий голос.наградства.
Второй голос.В этом направлении определяющий интерес конкретный анализ. Прежде чем делать заключение об особенностях политического идеалиста, необходимо тщательно изучить и разговаривать и грамматики. Но потребление причастных атрибутов в физическом интеллекте тайны проявляется в взаимодействии различных стерлингов. Основана встреча связи между постоянным внутренним свойством или ситуативным психическим состоянием человека и динамичным конкретно действенным признаком тревожного или четверо-речного мира. В том стиле графии можно и вправе, и вправе, до поля
Третий голос.В работе Добровольцевой «Население прилагательное как единица общескриптического языка и скриптического
Второй голос.интеллекта» в Казахстане анализируется устремление населения прилагательного спорта СССР, участвующих
Третий голос.в формировании важного стратегматического предпоставления «Мир спорта – мир спорта».
Второй голос.Опираясь на работу винограда по поэзии Анны Ахматовой, автор сравнивает истребление возрастных межстремлений
Третий голос.в туфлических диалектах двух поэтов.
Второй голос.И если у Алматыной агилия межстремленных указаний связана с поэтическими намёками, незаморозками и иллюзионизмом, то у Светланы мы находим напротив чёткое и ясное определение прежнего неопределённого, и это важно для понимания её индивидуально авторского
Третий голос.распространения.
Первый голос.В положении о том, что анализ истребления грамматических
Третий голос.может привести к каким-либо общим выводам, касающимся критического диалекта, подтверждается работа элементарной тематико-воспроизводительного материала в критическом языках святая.
Второй голос.Автор пишет, функционирование творительного, как в капле воды, отразит основные особенности критического языка и критического мира святая. 1. Тенденция лирического «я» в питании — фактор коммуникации, глубокий совпадение геоматических механизмов питательства языка с механизмами вкусной речи, заимствование приемов вкусной речи в трансформированном виде, иногда с изменением их значений на противоположное, при положении материального и духовного.
А честанцы за это, клянусь её телом, что чёрное – белое, клянусь её дёргом, что белое – чёрное, ядь – ложь, ложь – ядь. Представить, представить. В работе с Метельской анонсируется сравнительная конструкция с Союзом ФАК, являющейся средством характеризации основных составляющих политического миросвязания и проникновения в их устройство. Сравнение с явлениями мира в природе имеет цель обнаружить природную сущность человека.
Сравнение с личным миром — дать зрелому вследствие этих объектов сравнения. Сон и смертный грех — быть как шов, как стул, как мир. Природный мир очеловечивается, сравнительно с французским.
Первый голос.От свалки — от мертвых лиц на лица, от смертных лиц — на лица.
Второй голос.От славы и плотности деревья бросаются в окна, как братья-поэты в реку. В первую очередь в понятии вводятся индивидуальные характеристики, отражающие художественные линии между деталями. Час души, как час беды. Изучение теоретичных составов, говоря из деталей, отдельно семантических классов матерической речи, грамматических категорий, теоретических ягодок на разных этапах развития логического диалекта позволяет сделать вывод о внутренней согласованности поэтического эпифаза и поэтического мира в моей истории.
В поэтическом мире специально, по мнению исследователей, делаются три сферы. Земной мир, мир души, мир духа. Но эти три сферы одни в неравном смысле и не абсолютно противоположны. Человек разделен всем трем сферам. Это неоднозначность существования человека, Насыщенность угловая сметая, использование ее в всех плачах всего богатства и здоровья. Существуют в работе чаусы, математические и кинетоптические
Третий голос.валютности глаголов и их трансформации.
Второй голос.Трансформация глагольных валютностей — самый смелый
Третий голос.опыт слетаемой области и слабоучества, так как
Второй голос.он затронул строгие правила математики и индексов. Тем более важным и интересным оказался тот факт, что, экспериментируя в этой области, слетание нигде не нарушает программ, для которых трансформации
Третий голос.приводили к функционалу.
Второй голос.Дополнительные секретарии всегда функционально обусловлены. Дополнительные, без слов и названных, любить, расслабляться,
Третий голос.не решать.
Второй голос.Еще одна работа, посвященная секретарям инстинктов, это глагольное и соотношение людей художественной литературы. Типология семантики художественной функции.
Третий голос.Интерьер сетчика.
Второй голос.Я считаю, что безглагольная конструкция обречена в стиле ее исследователя. В письме Штрейбера от 1936 года замечаю, что это не просто так, что я не люблю глаголы, но чтобы отходить от них, нужно их или собственные. Безглагольные предложения, указанные безошибочными, открывают данную работу в очередную. Безглагольные и безоставные предложения в теоретическом интерьере Светарьев демонстрирует выезд в конструкцию на себе, страсти за малость и олимпиаду.
Вместе с негативной установкой посвященства к литературе языка, что отмечалось и в будущем,
Третий голос.когда речь идет о романтике творительных, литературе языка,
Второй голос.мы получаем и во многом рабочие предложения,
Третий голос.которые родительные средства достают литературе языка, но материалы литературе языка не соответствуют.
Второй голос.Приложение является мощным выразительным средством литературе языка. и отравлять характерные особенности всех уровней. Так что на Жене часто используются такие приемы, как полинемическая аттракция, употребление реминесцентных знаков и апозеональство. Происходит сложное встречение книжных и разговорных концовок. Используются индивидуально авторские знаки и другие выразительные средства графического уровня,
Третий голос.заглавные группы графических учреждений.
Второй голос.В основе использования индивидуально авторских знаков с опинанием на целом ряде ссылочек не можем говорить о предложении в установленном терминологическом смысле этого слова, а говорим о синтактической конструкции родственных предложений. Тихонько выплыли осторожные солнца, растут ресурсы, ручонки,
Четвёртый голос.где знак цветочек не только разделяет компоненты,
Второй голос.а выполняет дополнительную выразительность В результате наблюдения за системой реализма средств поэтического диалекта в специалии возникает образ построения единой картины мира с помощью разногласных языковых материалов. Идя конкретно в анализ поэтических текстов в проявлении общей мгновенности, в основном в работе экономика на логическом языке и поэтическом языке, работа в отдельности представляет собой определенные средства исследования поэтического языка.
И в то же время несет важную информацию о функционировании всего авторского диалекта в целом. Работы взаимодополняют и как бы подтверждают друг друга, создавая целостное представление о политическом диалекте с Виталием, принимаемом в широкий системно-функциональный подход к лингвистической поэтике, с помощью которого делились предыдущие исследования и семинарии в ДУ, позволяет говорить о научной источнике в лингвистическом смысле и продуктивности метода.
Выводы делаются на основании всякого анализа, логическим завершением которого является реконструкция политической модели мира, созданной Маленским правилом.
Третий голос.Ай-пи-чи.
Второй голос.Эксперимент уже прозвучал в предыдущем сообщении,
Третий голос.и в чем именно в свою очередь представлена самая коммунистическая агрессия Ольги Игоревны, то есть некая руководственная, о которой пойдет речь в докладе. Доклад не пройдет, то есть лично и в том подобном.
Второй голос.Один из докладов связан с моими новыми секретами.
Третий голос.Субтитры делал DimaTorzok Субтитры создавал DimaTorzok Насыщеннейший ритм, метод, уменьшивший толь. Открытие достаёмного слова «произвращение» невнятное звучание. Невнятное потому, что внутри творится полная гамма-цветок, чистый, очень разный чувство, коммунирующий, однолюживая аналогия, где существуют не только и не просто овечи, но и обижающие возникновения, которые принимают в деятельности существующие. Вот такое открытие деталированного слова и звучания требует в себе адекватного выражения.
По определению другого поэта, Гримера Федникова, в оригинальном искусстве проверяется в красоте смеха двух подобно звучащих слов, из которых первое название – «даровой образ». И Мария Цветаева кому-то сведет к этому принципу, или, вслушиваясь язык, присматриваясь к его законам, просветляет к ним. «Для чего слово открывает вещь?» — писала Марина Средаева, песня «Классика» в Санкт-Петербурге. И дальше. «Слово есть больше, чем вещь. Оно само — вещь, которую не столько знал».
В этом утверждении Средаева следует своему пониманию искусства как определения природы и одной из форм его «нелет» — природосводчества. При таком понимании глуховая материя языка оказывается чем-то вроде анализа чувственно воспринимаемого знания мира. Слово в виде есть тело, без стихий — душа. Звук, прожженный в цепи ассоциации, очерчивает картину мира, а смысл разжжёчий заваливает его непосредственность. В отношениях Марины Цветаевых с различным как средством представления материального мира и властью творения менялась и в соответствии с общей тенденцией развития индивидуальной творчественной и структурной системы.
Теперь я хочу сделать маленькую сноску и сказать, что в главной периоде я буду опираться на ту реализацию, которую я хочу посвятить, которую вывела Великолепная Библия. Она не хочет посвятать восьмидесятые годы нашего века двух, как прожилых, подводных представлений о точной жизни, о воле и реалии. Над черным очертанием мыса луна покрылась изо всех. Еще пример – запах розы и запах локон, шелест шелка вокруг колен. В то же время с входным лучиком рассматривался и инструктор неущественный цвет.
Везде людей все парит, парит. Дрожание в губ и вверх в глаз. Или, будь как в небе, и будь как в сталь, в жизни, где мы так мало и можем. Однако подлинная поворотка сознания к независимому воздействию воздушного чувства, проникнутого в страсть и смысл отображения, происходит в творчестве наивных специалистов лишь в 20-е годы. В доминации, предотвративающейся другим языковым сознанием, становится клиническая концентрация, в состоянии, при котором по поводу именно морозового усилия, ярко распространенный непосредственно в ряженом предметах, уже способен сочетаться с отрубом и отражением его сути.
Литийный народ отберет каждый раз по строке. Так вслушиваются, и стоп вслушиваются вместе. Так укладывается голосок, и грузится в отдельных чувствах. Стремление обнаружить лучшие стихи для обозначения гласных слов, для начальных глыб, для подростков, для дайвов, восстанавливает пролезный медийный теченьский, и на новом стиле всего разрывает их стоп. И говорит, есть ритм, не тот обыкновенный, рухнет в сеть, но не выдержит переговоры.
Основные категории древнего мира – здесь день и жизнь. Существенного – там ночь и сна. Звучание слуха – это звук, который нам не заметить. Вот при отложении звонки согласно, вот того звуку. И этот элемент направляется в честь слова. Различие тональности заданных звуков включаются в смысловую нагрузку. Для мира сего характерна сильная проживание красок и зубов, для мира того и приглушенность. Ложь в красном месте, здесь свет, потирающий цвет, или ледогрань, огонь под камней, куда как долго. Боль, наполненная глазами полотенцем, как губа, именно собственного ребенка.
Изменения или употребления не свойственной экономики становятся средством отражения взаимосвязи внешнего и внутреннего, фиксируя возможные изменения в состоянии мира. Например, лучший город, обратимый к миру и большим. Звездные военные карты. Город трех. Или может еще одна часть различия, но как-то так, одного и того же не нужно. Не надо ее окрикать, и поплеск, и поплеск. И может также символизировать победу высшей эгоисты.
Деревья. К вам идут. Спастись от трех. В координатах видимости и сущности рассматривается и форма существования мира, время и пространство, жизнь и смерть, тело и душа. И внутренний ритм подчеркивается звуковыми соответствиями, которые пересекаются в текстах. Текст образует устойчивую звуковую связь. Единому пространству, упринимаемому как весь мир, можно совместить и с красавцами, и с красавцами-постаренцами. Дружность из любимого мира — это пространство, поле, стена, станция, станица — единство существенного.
Пространство — простор, страна — страница. Если из любимого пространства стабильно по пространству мировой постоянно расширяется и неизбежно разрушается, то завтра на всех планах проносится будет героин пропавшего. Дальше. Забредельные пределы станции. Несвязанные пределы видимости, пространство между землями прорублено. А кайот, грань и грань, каймат и скайот. Роль внешней границы в нём играет кругозор-вод, голубой-брызгой.
Иными словами, мы назовем это не горизонталь, почерчивающий уровень земли, а вертикаль, уходящая до судьбы. И еще таким образом можно останется дальше. Осмысление магнитной вертикали отражает и глубинное звуковое усиление пространства. То, что излами вся имеющаяся пространство становится мир скролчатся, или это станет шелестным, а страница и смысл, и звук, и мир чувств. То есть, через дыхание телепорта уже нацепились снасть и снасть мои нынешние вздохи, мои нынешние страсти.
У меня телеграмм простой и сложный, в том полностью постоянном. Весной стопы предосторожно, тепло, воздух, пространство. Также стопы представляются космическое и телевизионное. Беззаконное время без расчета стопоначального взгляда, стопоначального духа совпадать с первым криком твари, с четвертым криком змеи. В дискретном мире прямо ассоциируется со зрелищем, восстановившим мир в толпе. Слуховые ходы часто заглушены в мир как ложь.
Зрелистие — звезды трозовеса. Время — явственное, затихшее время. Минута — мающее, мнимое, скачевающее время. Время — ты меня оберешь. Время — ты меня предашь. С позиции миротома число представляет чехолом, скрывающий истинную личность. Чувство мира — это то, что представляет сопутствующее чувство Бога. Миром мир и миром есть четвертое измерение. В разделении моих высказанных — крик из черта и наверх. Это сердце моё искрое, магнетическое, прорвёт мир. Мир — это мир, но четвертое измерение из тех.
но через магнифрическими, мёртвыми, уже свидетельствами, средствами. В универсальном времени ставлены координаты четвёртого дня творения. Координаты движения, берущие на начало точки, беспредельно распространяющиеся во всех направлениях. Четвёртые дни — это буквальные координаты рождающихся вселенных. Способность к творчеству — одна из основных разбудок в мире природы И не случайно созвучит в этой точке крик или щелчок. Первый крик – парень.
Пирс – поэт. Мир – чердок и книга. Что бы ни делать певцу и первенцу в мире темно-черно-нижнем свете, отец и певца чудом не расположены и молчат. Первыми спущены первенцы. Тема длинненности в мире мир продолжается и в мотиве сиротства. Сирот на антарктике Сироте превращается в символ единости и единственности, сравнительно с границей. Этот мотив реализуется в соотношении сирота с островом. В возникновении необходимых развивающихся нарушений детского объекта в физическом результате станет одно из важнейших полных дел.
То, что не соединено и не несет, не соединяется и не ведет. подъединяющие звезды пространства, вступают в доступ к посторонним встречам. Допросов и невиду высыпаются в связи друг с другом мира. Трочность оказывает оболочку, ослабляющую внутреннюю сохраненность, развернув ее вне причинности. Причина при доходе объектов нечто целое, что сохраняется даже в подразуменности, воспринимается интеллектуально. И прочь от прочности, и прочь от срочности.
В этом смысловом виду отрегулируются истинные формулы. Какими наличиями? Какими истинными? О чем шумит его правильное выяснение? Какой унистовый серебро правит он? О чем шумит его? О чем беспомощность? Жизнь — категория, в которой улучшены все те же силы. Жизнь не преградивает мышцы жизни. Жизнь ухаживает за жизнью, на жизнь. Жизнь зачатывает мышцы жизни, без ошибки, без отчетов, без счетов. Но подражание всех жизней улучшено жизнью. Силы в море, как на вершине, успекают жизнь. Жизнь, наконец-то, не проничает.
Не уходите от меня, что жить, жить не захотел. Смерть уже не мой переходный мир. Мир мой. Мир твой. Мёртвый мир. Выпускный мир. Вот. Порядок там, Олег. Чёрт с ним. Те, кто дышал и повезёт за моих ног. Я этого не хотела. Не этого. Молчать. Слышать. Хотеть, кстати, было всех. А мы, друзья, долго души обменили. Дальше с вами контакт. Никаких «хотим», «хотим» — это белых тел, а мы друг от друга — тени одни. Планеты также так называются представлениями, как «душа» и «душа», портающиеся из строя «фото» и «право», «света» и «брось».
Несловая позиция иммунитета, приведущаяся к перекличке сходных научных слов, лежат в основе шкалы ценностей, принятых в биологическом мире. Важными структурующими знаниями они категорично оказываются Поверхность наклонения, прочие включения, табор справится, закрывает кровь, горизонтально растекает, горько-братно, уйдет из пузыри, ровно-вверх, мертво-вверх, метод до смерти, правильный перегонок, кладки, судорога, телесные руководства, тело, тело, право, сухие, пузыря, сухие, может быть еще и настройки.
Буковой связи подчеркивает единство противоположностей. Молитва — это искусство, но из ног и вновь. Сожительный покой — он и ухо, и он же эхо. Проявляют для самихся. Любовь — это значит храм, где замените шрам на шрани. Или другой пример. Человек — человек, человек. Расставатель — это гвоздь мыши сросшейся. И также может приводить к событиям. Сидела, вот, еще один пример. Наболожила сердцевая коллега в очередной оборудовании Терзани.
Терзани. Ни чего не было. В каждой конкретной ситуации обнаруживается поведение закономерности, проще всего, если бы слова наобучились от лучей, сомнений, внуков и нефритов. Я охраняю свою работу по защите, по защите. Как ладони свежие, скрытые громкостью, где они нежны. нежен и нежен. Тот человек, козырь, жемчугом не лишнен в жизни. Сильный. Тоже считает, что может, все равно, то есть, по-любому, сделанного не зря. Выдержит. По первому слову, выстроившая французское правильное мнение. От. Настежь.
Твой. Аналогия много смысла для глобальной характеристики, соответствующей буквально французскому слову. И, на самом деле, очень интересно, что вот французский французский Говорят, что в этих двух числах нейтральным оказывается слово «транспорт». Буквально по цепочке подразумеваемых культур, один слов может быть в любом языке, в любом слове. Можно сказать, что в 20-й годе практически каждая из этих слов, которые мы сейчас читаем, обретает, как это очень точно мы не поправили на год, слуховую память.
Так что одно слово, как на нем, вызывает любое. На следующий случай неожиданно, но на обходящийся, если не по смыслу. Подновательный аналитизм 20-х годов сменяется в третий год и симпатически изменяется. Поверхностная, точная языковая реальность интерпретируется не как случайность, но как трекономерность, поужиненная. Созвучие используется в этот период очень стойко, но именно они связываются с речными искрами, формировавшими сознание ангелов.
Это ведут и к анекдотам. Когда я вижу на нестающие листья, слетающие на положенных тарелках, с ментальными, как хорошее предпочтение, колесами кричащего на коня, я думаю, лишь никому не понравилось бы встать и верить в это окончание, что яскренно жестко, лишительно ржаво, один такой путь, не дыши, не дыши. Согласие смыслов, ограничивающих отношения между значимыми сочностями физического мира, несущих в себе голоса к симфонии граждан, оказывается в форме философии смысла, подслушанного словом за словом.
И вот, как сказал однажды Виталий, суть и есть в том, что ребенок не может родиться в мире, а действительно в хаосе, в гробе, в подстремлении к согласию, к нему, и родить ребенка в судьбе, не согласие. Спасибо.
Второй голос.В этом году, после того, как я доносила все свои интересы, в Старин война.
Третий голос.Поэтому я вам не повторяю, но тема, по-моему, не подводная. Я, естественно, не смеясь, как у меня в жизни. Заболел, по-видимому, и не правдивый Кабаневский. Таким образом, его доглас тоже не состоялся.
Второй голос.Поэтому сейчас мы предоставим слово Ольге Валерьевне Платоновой. В развитии поэтического языка маленькой металлы прослеживаются четыре этапа, которые интересуются профессионально-симметрической однородности металл.
Третий голос.С целью этих этапов совпадает тень, которая выделена только в более местной для поэтического металлика.
Второй голос.Первый этап – это ранние сборники вечернего альбома «Волшебный фонарь» и «Иншеские стихи». Он характеризуется употреблением четвертых этапов, поэтических штампов, при помощи которых отнижаются такие традиционные для поэзии понятия, как жизнь и смерть, страсть и душевное спокойствие. В этот период закладываются некоторые особенности, которые будут отличать свидальскую метафору в последствии. И одной из них является концептуальная устойчивость, то есть предпочтительное отмысление одних и тех же понятий в одних и тех же темах.
Так, прошлая жизнь представляется раем. Из рая детского житья мне привет, прощай, не шлюсь.
Третий голос.У дни, где утро было раз, и полдень раз, и все закатывали.
Второй голос.Смерть видится как успение, и не для встречи проснулся в антропии, и, подземляясь скоро, уснул в муссе. Или как уход, милый друг, ушедший дальше, чем жалкий. Страсть приобретает образ огня. Сумей зажечь чудовищный костер, не слезнуть на моем огне. Два солнца с тылом, о Господи, защити, одно на небе, другое в моей груди. Душевное спокойствие представляется как сон.
Третий голос.Но если смылишься, безгрешность и наскучит, сумей зажечь чудовищный костер.
Второй голос.Не забывает, что ласки сону нужны, и вдруг от сна, от сердца и души. Душа не уснет в покое. Наиболее важным объектом метафорического осмысления является эмоциональное состояние юного порядка. Сколько огня, сколько жизней растраченный даром.
Третий голос.И как сердце мне испепелил этот дарюстрачный порох.
Второй голос.Все шалости свои, все буря. Этот жестокий мятеж в сердце моем. Мятежного карандаша, ты могут у меня произвести жизнь. Все эти метафоры объединены общей смысловым компонентом, динамиком. Этот компонент поддерживается и другими примерами. Моя душа мгновеннее всего. В нем непонятая в силе кто мгновенный экран. Детский максимализм проявляется в некоторой гиперболизации. Вас притягивали луны в двухогрунных глазах, захлебываясь от тоски.
Третий голос.Под крыльями раскинутых вратей лейберки.
Второй голос.В этот период проявляется и другая особенность читающего диалектов. Любовь к предикатной имитации, то есть к конструкции, где субъект объявляется осмысляемо, а предикаты дружбы привлекаются при сравнении, особенно к тем высказываниям, где позицию субъекта занимают слова «я» или «ты». «Пусть я лишь стиль, светлый, не к тобой жалеющий, не снятый. Ты для меня тихий, богатый, глубухающий, чудесный». В целом, первый период характеризуется осмыслением в традиционных политических терминах индивидуального камерного миллер-поэта,
Третий голос.то есть семейного и дружеского круга с двум поэтом в целом.
Второй голос.Второй этап со второй половины десятых и до начала двадцатых
Третий голос.годов – это дилетеральный поэт.
Второй голос.Поэт пытается увидеть мир и себя в знакомых образах, вошедших в культуру через фольклор, мифологию, религию
Третий голос.и литературу.
Первый голос.Так мужчина – это олёв, лебедь, мой миг, мой час,
Третий голос.мой день, мой год, мой век.
Первый голос.Ещё и ещё песни слагайте о моём кресте. Я – страсть твоя, воскресный отдых твой, твой день седьмой.
Третий голос.«Твое седьмое небо».
Первый голос.Литературные аллюзии. «Всяк на большой дороге, переодетый к нам».
Третий голос.Это отсылка к любимому, к любимой почте момента Светаева «Переконущий».
Первый голос.«Ты, Анна, нацпящаяся его же и прозвуком». Метафора позволяет абстрактное и малознакомое определить через конкретное, злимое, привычное. В этом смысле мир фольклора, мифологии, литературы для Светаева является более знакомым, злимым, а реальность чувств, мыслей, поступков, требующие определения. Кроме того, индивидуальная, частная жизнь принадлежит времени, а культура — вечность. Определяя временное через вневременное, поэт приближается к вечности.
Неслучайно важным компонентом «Звитальского метафора» является аллюзия, отсылающая к известным обрядам. Не надо мне ручных, голубей, лебедей, овляд. Летите, куда глаза глядят, в благовещение, в праздник, в год. «Я повисла, птица верная, пригвождена к позорному столбу славянской совести старинной, цыганским варевом разлуке, дурманыш молодых князей». Поскольку культура является для Цветаевой неким абсолютом, она также, как и в ранний период, продолжает употреблять поэтические штампы «дух алчущий», «туман дней», «золотое поле».
Со стертыми петафорами она обращается как со словами, имеющими внутреннюю форму. Первичное значение актуализуется, и обнаруживается связь между двумя геральями. Той, которая носит переносное имя, и той, которая это имя носила изначально. Эта операция похожа на раскапывание камней, установление этимологии, например. «Облила мне глаза бессонница теневым венцом. Пару моих колец носи, бледно-линкая». В подобных контекстах максимально актуализуется паре слов, то есть все значения их нотации связаны с данной формальной ополочкой.
Интересно, что в сравнении с другими диалекториями, например, Палошина, Пастернака, Андриштама, Хлебникова, в Светаеве очень мало генитивных метафоров, то есть состоящих из двух слов, где первое имеет переносное значение, А второе в форме родительного падежа прямое. Но таких генитивных метафоров, в которых оба слова являются конкретными именами. Дело в том, что для создания таких метафор необходимо внешнее подобие двух реалий.
Например, кружево-пена. Кружево и пена внешне похожи. Для цвета внешне инжира. Она ищет сущность на восходство. Им может оказаться созвучность означаемых.
Третий голос.Например, кресты крови. Об этом очень хорошо писал Рейхман Круси.
Первый голос.Мысль осмысляется в цветове главным образом через признаки и отношения, поэтому она отдаёт предпочтение притягательным тактам. Имя твоё — птица в руке. Я — бренная пена морская. Ведь я — островитянка с далёких островов. Как и в ранний период, доля метафор «я» в основании достаточно велика, однако осмыслению подвергается не просто эмоциональное состояние поэта, но шире — его внутренний мир. Используется практически не встречающийся в других идеолитах четырехчленный метафор, помогающий определить отношения между «я» и «ты».
«Я деревня, черная земля, ты мне луч и дождевая влага», «Я острожник, ты конкурент». Метафорическому осмыслению, наряду с индивидуальным, присущим самому поэту или конкретным лицам, теперь подвергается также узуальное, то, что бывает обычно. Так, помимо метафор, характеризующих внутреннее состояние поэта, используются метафоры, помогающие осмыслить любое состояние души в определенной ситуации, смывая лучшие румяны в любовь.
В метафорическом осмыслении подвергается также судьба и ее проявление. Так конкретная судьба я субъекта, еще и еще песни слагайте о моем кресте. Возношу тебя, время лучшее, деревцо мое универсальное. Так и проявление судьбы в широком понимании. Что делала в туманных дней? Все уносят в горы. Душевная мощь, ядовище и мужество противопоставляют слабые телесные оболочки, стенки тонкие груди, лохмотья, бывшие нет, некогда нежные плоские.
Доля метафор, связанных с отображением внешнего мира, уступает количеству метафор, описывающих мир внутренний. Внешний мир при этом воспринимается не только в красках, например, по метрику реки, полощущие цветные бусы фонарей, но и в звуках над синевой у подмосковных рощ накрапывает колокольный дождь. Поскольку имя для Цветаевой отражает сущность, метафорическому осмыслению подвергается не только внутренний мир ярких индивидуальностей, например, Бога или Ахматовой, но и их имена.
Третий голос.Имя твое поцелует в снег.
Первый голос.Помимо названных через метафору в этот период познается следующее реальное понятие. Моя дочь, сын Ахматовой, мое и чужое творчество. смерть. В целом это достаточно узкий круг концепции. Третий этап, сначала доставленный главею 20-го года, характеризуется активным употреблением когнитивной метафоры, то есть такой, в которой определяемый компонент является отвлеченным понятием, а привлеченный для сравнения конкретным
Третий голос.или более знакомым. В обыденной речи в качестве привлеченного
Первый голос.компонента используются имена предметов быта, например
Третий голос.Например, цель событий. Здесь привлеченный компонент для сравнения цель.
Первый голос.Поэтическая же традиция опирается на поэтические термины. Например, пламя страсти. Здесь на сравнение привлекаются пламя. Можно говорить, что к этому времени Цветаева выходит из-под влияния поэтических штангов, и ее способ метафорического осмысления действительности приближается к обычным, к обыденному. Например, заоблачный отвес сотрудничества. О комных притч-ритвинах. Более того, она прибегает к метафорам, снижающим некоторые поэтические термины.
Например, «оплеуха слаба», «лжет соловей». Поэтические термины теперь используются для создания виртуального, то есть идеального мира. Например, «чертов души», «душа вершит». Как показано в «Олимпиаде» в этом время, поэтическое осмысление действительности происходит с трех сторон. Миры конкретного, визуального и виртуального. В каждом из этих миров у одной и той же реалии открываются новые грани, и они описываются разными методами.
Окажем это на примере понятия жизни. Конкретный мир. Погрешенное заживо подловили дни, как каторгу избываю жизнь.
Третий голос.Гробовое, глупое, моё седьмое имя.
Первый голос.Узуальный мир.
Третий голос.То есть то, что бывает обычно.
Первый голос.Неподражаемо лжет жизнь, сверх ожиданий, сверх лжи. Жизнь, ножи, на которых пряжет любящая, заждалась ножа. Виртуальный, то есть созданный по этому. Жизнь, обезголосившая диво. Зала жизнь, занавес я. Ты охотник, но я не дамся.
Третий голос.Ты покойник, но я не снег.
Первый голос.В конкретном мире жизнь имеет признаки. Чрезмерно длительное, но бережное. Нежелательное, но обязательное. В вузуальном это признак, требующий бдительности. В виртуальном – вызывающий как эмоциональное, так и физическое сопротивление. Круг осмысляемых явлений значительно расширяется. Подход к уже освоенным понятиям меняется. Так, в метафорах, служащих для описания внутреннего состояния я субъекта, в основном перестает фигурировать место имения я.
Третий голос.Поэт прибегает к определенным личным и вызывным предложениям, например, «Севилла выжжена», «Севилла ствол».
Первый голос.Или «В громком таборе душ, собутыльница душ, кончу трезвость избрав день в тишайшем избрастве». Внутреннее состояние я-субъекта теперь складывается из эмоционального и творческого подъема одновременно.
Третий голос.«Худят мои высокие тяги, лирические провода».
Первый голос.К метафорическому осмыслению подвергаются базовые философские категории – время, пространство, мера, зримость, то есть материальное, дух, то есть идеальный. Мир идеального, мир отвлеченных понятий, познается через появление сходного и противоположного. Цвета его пересматривает закрепленные в языке тематические литы и антонимы и обосновывает свою картину мира, а именно – Дух, душа, часть души противопоставляется против телесной оболочки.
Рожденье, жизнь, существование, смерть, к будущему и бессмертию. Память, забвение, дружба, содружество, любви. Поэтическое творчество, голос, вовок, безголосица.
Третий голос.Вечность, время, тысячелетия, недели, дни, минуты. Физические удовольствия, ищите, кому существовать.
Первый голос.Мы не будем останавливаться на этих оппозициях, поскольку о них уже много писали. Добавим лишь, что помимо названных в этот период исследуются также тематические виды. Ложь, обольный припча, словесное чванство. Ложь во втором ее значении. Мера, божность, слава. Расставание, разум, быть оставленным, разменопринять. Пространство, дать. А также отдельные понятия.
Третий голос.Любовь, молодость, счастье, божественность, разочарование, судьба, порядок.
Первый голос.Из реалий внешнего мира серьезного внимания удостаиваются только деревья, пересунифицированные поэтом. Такая избирательность соответствует представлению Светаева о должности зрелого и истинности духовного. На третьем этапе предикатный метафор приобретает нестандартное синтаксическое оформление. Привлеченный для сравнения компонент выступает не в роли предиката, как обычно, а в позиции обращения, например, «молодость, мой сапожок не парный», «обособленного члена», «отряхал удары презренных сердец», «лепечет, лепечет о славе и мерзости».
Вводной конструкции, чтобы в стихах свалочные ями моих высочек и не затягивали. Такой способ подачи информации превращает новое знание в старое, очевидное.
Второй голос.Поэт дает понять, что он не открывает новые связи между реальными, а только называет их подобно правительству.
Первый голос.Важно заметить также, что вместо потенциального возможных метафор, цвета его часто используют в творительной сравнительной поддержке или сравнении, вводимое словом «так». Мир предстает не в тождественности явлений, а в единстве общего в них при разнообразии частных проявлений. Последний этап со второй половины 20-х годов и 30-х годов характеризуется ослаблением его имитации. К этому времени основные концепты поэтического диалекта уже проработаны, и метафора из средства познания превращается в средство обозначения.
Это период обобщения, и потому значительно возрастает роль метонимии. Метонимия позволяет общее представить в виде частного, явление обозначить символом, и даже точнее, эмблемой, например. Например, «За то, что за руку свежий чист на волю вывел, весенний лист без замка не приносил бы в дом, и дам тебе прорасти в рюмку». Или «Жи, аферный мразь, славный удал раз». Роман Гекобсон указывал на существование двух типов сознания – метафорического и метанинического.
Поскольку метафора является основным способом познания действительности, А также, по верному замечанию родоначальников на риторике, основным средством поэтического воздействия, то ее не может быть мало в поэтическом языке. А вот метанини в поэтическом языке Цветаева необычно много, и это обращает на себя внимание. И ее много не только на последнем этапе ее творчества, но во второй период, когда очень велика роль антиномасии, во второй третий.
Мы не хотим делать посмешного вывода о принадлежности цветарского типа сознания метафорическому или мимическому типу. Однако, если бы мы не сказали о роли метамини, наш рассказ о значимости метафоры, в том числе цветарь, был бы далеко не пройден.
Третий голос.Мне кажется, что было очень интересно последнее замечание о металлинии. И продолжая тему, я думаю, на завершу всем сегодня присутствующим, вот упоминание какого-то университета и семинара именно в его имени, я все-таки не хочу и не могу не сказать, что в этом году будет участвовать в дипломной работе по металлинии в химическом языке Санкт-Петербурга. И в цель это было такое открытие для нас, вот то, сколь она серьезна и сколь важна, что в нее.
Первый голос.Сегодня у нас день в какой-то степени проходит еще под красолом. В частности, вот у нас здесь есть доклад Александра Петровна Татарченко. И про нее можно так сказать, спросят в Китае.
Третий голос.Помните такие сроки с красолом, потому что она действительно уехала в Китай. Таким образом, доклады ее мы с вами не сможем отмечать. И последний доклад, который здесь заявлен, Валентина Васильевна Жемцова. Но я не совсем знаю присутствующих докладчиков. Очевидно, его все-таки нет.
Второй голос.В таком случае мы сейчас находимся перед следующей дилеммой. Хвата докладов, которые заявлены в программе, предполагала, что здесь на вечернем заседании будут заслушаны еще два доклада, как мне кажется, с интересной тематикой.
Первый голос.в Восточной Ренессенции цикла Даниил Должуан «Парабайщик» и второй доклад «Гудейские интерференции в поэзии Светаевых. Опыт структурного анализа».
Второй голос.Однако есть темы докладов, но не докладчиков, что затрудняет случайные.
Первый голос.И действительно, я полагаю, что мы должны принять какое-то решение, которое позволило нам всем выйти из этой ситуации с честью. Но они на конгрессе соотечественников и опоздают. Ждать мы их, по-видимому, не сможем. Я сама, к сожалению, не знаю этого решения, и мне хочется Надежде Ивановне предоставить вам слово и отдаться вашей воле. Я ничего не могу придумать. Если их нет, то ничего и не поделать, по-моему. А я бы хотела, чтобы вы подвели итог этой конференции в собеседовании до плачетов и корреспондентов, здесь присутствующих, для чего мы должны будем спуститься вниз, посидеть там и поговорить.
Третий голос.Вот я, если есть у присутствующих вопросы к тем, кто здесь есть, давайте их зададим, а потом мы обсудим как бы уже профессиональный вопрос. — Конференция была очень большой, и люди разрывались между тем, что происходит в Институте мировой литературы, в Академии наук и здесь. В этом сложность, но в этом и прелесть, потому что есть о чем поговорить, есть с кем встретиться, есть возможность провести какие-то учебные. Я не совсем поняла, Вы хотите провести круглый стол в узком кругу со специалистами, с которыми Вы в контакте, или Вы собираетесь провести круглый стол в форме дискуссии со всеми участниками конференции?
Первый голос.Мы думали, что мы, докладчики, журналисты, сотрудники, обсудим более узким кругом. Если здесь сейчас к докладчикам, вероятно, его отнесут. Скорее, к Николаю Ивановичу, несколько соображений, которые, может быть, идут вопреки тому, что принято полагать в «Цветы и ведьмы». Во-первых, одна такая чистая кунстовая юдиция, я не знаю, существует издание французского молодца, не феминистическое. Просто получилось так, что французский молодец был подготовлен к изданию с предисловием Цветаевой, в издании, которое издает все, что сейчас публикуется во Франции, практически издается этим издательством.
Это маленькое издание, очень красивое, очень художественное и так далее. Оно было осуществлено, кажется, за два или за три месяца до вот этого издания, которое у вас в руках. Разница между двумя этими публикациями просто в том, что ваша публикация, кроме того, что она феминистическая, она с ошибками, а та публикация проверенная и с цветальским предисподним. это просто информационный такой пункт, но я в этом деле просто как, ну тут была такая борьба и за французское издание, потом получилось так, что вышло два, и поэтому я хотела это уточнить.
Это первое, что я хотела сказать. По поводу вашего доклада.
Третий голос.Какой церкви? Издательство.
Первый голос.Клемонс Ивер. Пишется H-I-V-E-R. Клемонс, Клемонс. Это издание... 1993 год. Что? 1993 год. Тот же год, что... Нет, это 1992, правда? Тот же год, что... Буквально 3 месяца разницы. кто первый, а это сразу после. Но по поводу вашего доклада, Виталий Иванович, я хотела сказать такую очень, как бы сказать, выразить смелую мысль, но не мою, просто такую. Ведь во французском понимании, французского стиха, ям, анапис, дакти, этого всего не существует.
Это не французские реалии. Поэтому французские стихи Цветаевой, они звучат не по-французски. Они звучат для русского уха. Если я, скажем, я двуязычный человек, я переключаюсь на французскую речь. Для меня молодец Цветаевой только кусками приемлем по-французски. Некоторые места, то есть те места, где она очень близко подходит к тем смелостям в русском стихосложении, те я воспринимаю. То, что вы, например, сказали про французское «э», которое допускает «я». Во-первых, во французском языке конечное ударение слова, оно очень слабое. Самое сильное ударение конечное фразы, то есть оно семантическое.
И почему русские стихи во французские стихи не укладываются никак? Потому что в русском слове есть ударение, можно сказать «мама», можно сказать «цветаева». Никакого французского слова я так не могу сказать. Я могу сказать «тампет», «кулин», «вад», где же это моё ударение русское? Нету его. Кроме того, это «э», которое на конце позволяет якобы «ям». Это тоже русский вымысел. Это, между прочим, виноват главным образом Эдгин, который из этого делает. Я его очень люблю и ценю. И считаю, что он великолепно делает. Эта оговорка необходимая.
Ну ладно, но все равно он этого не слышал по-французски. Понимаете, вот это знаменитое «э». Оно то есть, то нет. Как французская мука вот заточена. И в этом смысле появляется во французском стихосложении такая огромная свобода, которая и объясняет потерю рифмы, которая объясняет потерю вот этого, ну, то, что мы слышим, вот это та-да-та, та-да-та, та-да-та, та-да-та, та-да-та. Этого нету по-французски. По-французски будет да-да-да-да-да-да-да-да-да. Где же моя русская фраза? Где мое все? Нету. И последнее, что я хотела поговорить, между прочим, в этом смысле были очень любопытные примеры, потому что вы привели примеры именно поэтов из другой культуры.
И поэтому я не знаю, как быть. Кроме того, я скажу еще одна из трудностей перевода, это уже моя проблема, перевода стихов Цветаевой на французский язык и вообще переводов стихов русской поэзии на французский язык, что французская поэзия совершенно сейчас идет по другому пути. То есть нету ритма. И есть ритм, и есть внутренний. Очень сильный. — Внутренний что? — Ритма. Ритма. И вот сейчас я работаю как раз, я даже не боюсь говорить, потому что не знаю, что получится, но с одним современным поэтом, у которого, его своеобразие, что он поэт широкой формы.
То есть большой, ему нужно не там четыре стиха, ну, в общем, не лирическое стихотворение, а ему нужна большая поэма. Я работала очень много в этом году на кольце воздуха, и мы решили с ним вместе переводить. И когда, значит, он услышал эту поэму «Воздух», он говорил мне про рифму Цветаева. И где же ритм Цветаева? Она вся внутренняя, она вся на полу, и очень странно, когда у Цветаева очень короткий стиль, тем не менее ритма внутренняя все же еще присутствует и очень сильна именно в поэме воздуха.
Я не знаю, что получится, но вот эта трудность. И последняя трудность на французском языке, что вообще, вы знаете, как странно, существует век поэзии. Вот он был и он есть в русской поэзии сейчас. Он существует сейчас в английской поэзии. Сейчас во Франции век прозы. Нету поэзии. Ну, может быть, так, ну вот можно назвать там кое-кого, Нурный шар, там этот, Олеговский, Олеговский, он, впрочем, не из таких самых больших, но он как раз, у него столько историй нет, так что плохой пример, Нурный шар, скажем, еще кто-нибудь, но французскую поэзию не читают, не покупают, не останавливаются в кафе, чтобы послушать поэта, который говорит свои стихи.
У нас есть каждый год в Париже, в очень красивом квартале, неделя, которая называется «Неделя поэзии». И что мы на ней слышим? Вот в прошлом году слышали перевод китайца Цветаевой на французский язык. Или выдержки из-за этого черта на французском языке. Или какой-нибудь американский поэт, который выступает по-английски и идет за ним под строжный перевод по-французски. То есть сейчас английская поэзия в полном расцвете. Но в конце концов, было так и у нас. То есть в русской литературе был век, когда поэзия сходила на мир. Сейчас во Франции вот так.
Последнее, что я хотела сказать по поводу вот этих хитургических терминов, которые Цветаева употребляет в конце «Молодца». И как вы говорите, она, конечно, по-французски не могла их употреблять. Цветаева в то время, когда она переводила молодца, жила в традиции русскоязычной во Франции. Традиция русской литературы и французского языка, и в частности идет не в литературной области, а в области религиозной, очень большая работа по созданию французского религиозного языка, православного.
И тут я думаю, что вот такие звуковые коды, такие цепи звуковые, которые Цветаевой были нужны, она просто не была в этом мире, потому что он еще не существовал. Теперь он существует. Но что говорить? Теперь Цветаева уже не может писать своего молодца французского. Но это не значит, что русский язык, тот, который она создала, на французском языке, в религиозном ее понимании и контексте это невозможно. То есть это еще будет.
Большое спасибо. Я думаю, что Ваше выступление было очень интересно не только для меня, а и для всех присутствующих, потому что это образцовая иллюстрация разницы между фактом языка и психологическим его восприятием. Для носителя французского языка и французской поэтической культуры во французском стихе нет ни ярмов, ни кореев, потому что у него нет психологической установки на них. Для носителя силаватонической культуры, для немецкого или русского стиховеда во французском стихе нет никакой силавики, а есть или сочетание силоботанических размеров или выдержанные силоботанические размеры с неприятными перебоями.
В течение многих десятилетий французские и немецкие стиховеды спорили о том, что такое французский стих, и не могли понять друг друга только из-за этой психологической разницы подхода. Ну а что в действительности внутри французского стиха и ударения слышатся и учитываются, И немые не произвольны, а учитываются, следуют просто из поэтической практики. Я не говорю о 20 веке, который все расшатал и перешел на тот массовый верлибр, о котором и вы говорите, и я знаю.
Но что все МВЭ употреблены в точнейшем соответствии с произношением или подразумеваемым произношением, Не будем путать с трагедией стиха, с декламацией стиха у классиков за пятью-шестью исключениями на всю поэму. Это я с ответственностью должен сказать. Спасибо большое. Время отменяется. В основном будет цикл Даниила. Дело в том, что я Даниилом занимаюсь долгое время,
Третий голос.пророком Даниила, в библии различных сериалов, включая древнееврейский, тесно-армейский. И там же была такая конференция в области Кавказа по расшифровке пророчеств Даниила, где была сделана реконструкция этих армейско-древнееврейских пророчеств на древнеэфирский лад.
Первый голос.И более того, часть материала также была зафиксирована на эфирском конгрессе, Это был 91-й фиксовый конгресс 1986 года с проблемой разноделинации в системе политики Александра Борджа и в связи с этим своеобразной символикой.
Второй голос.Значит, наше внимание привлек этот цикл именно в силу того, что он достаточно необычный, но на наш взгляд скрывает новые проблемы, связанные с иной трактовкой, библейской трактовкой, темой Даниэла в русской поэзии.
Четвёртый голос.Как нам представляется, Цветаева была только единственной поэтессой, которая дала нетрадиционную траффорку. Возможно, среди своих духовных чтерят, о которых она прямо, может быть, косвенно намекает, она их не упоминает, они были обладателями каких-то негранических текстов Евангелия и многих апокрифов, которые не вошли в официальный синодальный список, предложенный Ватиканом, или, возможно, даже каким-то списком, который не был вошли в официальный синодальный список, предложенный Ватиканом.
Первый голос.запрещенным, относящимся к ересям. Поэтому для нас это вполне любопытно. Цикл Данила состоит, как известно, из 17 стихотворений, все они датируются к 16-му году. Прогрессивное стихотворение показало, что они все между собой связаны, хотя бы одной строчкой, и логически определенная мысль, зашифрованная во всем цикле, она следует
Второй голос.из одного стихотворения в другое.
Четвёртый голос.Как бы случайно ни казалось, там набор, так сказать,
Первый голос.рифм и тем, которые нас запрещают.
Четвёртый голос.Основное, чего она касается, это проблема деленации, о том, что в снах человек входит в особое состояние, которое позволяет ему аутентично соприкасаться с неизвестными видами природы. И вот, видимо, это вошло в основу эстетики Цветаева, что истинное творчество связано с той истиной, которую человек видит во сне, или которую он ощущает, но реализует в рифмах своих. Как известно, дальнейшим методом, блоками памяти, меморий, пользовался известный историк, религиозный философ, Маслитик Шульгин, который все мемории свои записывал буквально сразу же, и потом он ввел на книгу толкование своих слов.
Вот он каждый сон фиксировал, поэтому для нас это тоже бесценное дело. Это очень широко известный прием, который пользовались, правда, не все, но лучшие представители русской эмиграции. И вот это цветание, и также это была форма, возможно, она вызвалась испанской традицией, которая пошла со святой Терезии, именно из реальных сновидений, так называемых Божественных Откровений, которые, так сказать, среди отцов церкви, среди прорисов дохристианского периода Великого Советного, именно, так сказать, и известно нам через основную из пророков, прорисов это Даниила.
Значит, первое стихотворение — это подозрительная фраза, любопытная, которой никогда не занимались библейские георгисты после того, как она фиксирует, что «О, зачем тебя назвали Даниилом? Все мне снится, что тебя теперь называют Даниилом». И тут, значит, первое замечание. Значит, Даниил — это Бог, христианская церковь. Даниил — это притеча Иисуса Христа. Даниил и Самсон — это две фигуры традиционной библейстики. Дальше, значит, то, что он так назван, она сердит, что его так назвали, потому что ей снится, что его терзают львы.
Но, как известно, львы Даниила не тронули и не терзали. Значит, таким образом, его имя, этот камень, находится в противоречии со львами. То есть, значит, видимо, она знала такую трактовку-легенду, когда с Даниилом происходили, можно так сказать, вот эти сцены терзания, которые этот Даниил сам прекратил, когда он был помещен в колодец. То есть более подробная, так сказать, сцена. Теперь, почему она задает вопрос, зачем тебя назвали Даниловым?
Такой материал, что электрозаня, это был сделан как форма спектакля для демонстрации определенной психотехники. Объявляем психотехнике камня, когда человек превращается в камень, и поэтому, и более, ну, в техно-христианской традиции мы прекрасно можем совместить этот мотив с мотивом сфинкса, которого, как известно, после того, как Эдипа рассказал загадки сфинкса, сфинкс бросился в воду, превратившись в камень. То есть таким образом, если Даниил выступал в традиции сфинкса, он был относится к той же породе львилок, и он был царем среди львов.
И львы признавая в нем как бы своего парауна. Но при этом, значит, эта связь, она обнаруживает, так сказать,
Первый голос.не автоктонное происхождение этого мифа о сфинксе,
Четвёртый голос.относят нас с аллеей сфинксов в Египте и в Карнаке, и связывает с определенными мистериальными сценами, смысл которых сводился к сознательному прохождению испытаний на проверку себя в образе Бога-человека. То есть то, что потом было создано в христианской эстетике. Второе стихотворение. Вдруг она упоминает. Львиная черта под воротом. Они на камнях едут вместе с этим Даниилом. что он волкователь снов, и что у него чернота пасторская тешка.
То есть сразу идет отсылка на то, что эти неканонические Евангелия и ветхозаветные реминисценции, которые не фиксируются в открытой редакции, они просто неизвестны специалистам, они проистекают с протестантской традицией, и частично связаны, в тот протестантский период, с доминиканским орденом,
Первый голос.для которого характерна была черная сутана.
Четвёртый голос.И такое традиционное представление доминиканцев в поэзии, Также мы видим это и у Блока, и у поэтов бельгийской школы. В общем, это целая особая тема. Далее, значит, львиная черта подворотка. Значит, это очень сложный вопрос, нерасшифрованный темой, так называемой львиной челюсти. Смотрим второй посланник Тимофея, когда Тимофей говорит, слава Богу, я избавился от львинов челюстей. То есть такие приблизительные толкования связаны чисто с литературным, так сказать, оформлением, что это символ греха зависти, чманского завистливости, и львиные челюсти, это как бы кровожадность. Ну, как вы сами понимаете, ни одна из этих трактовок, даже, так сказать, христианина нашего, странили, так сказать, этой самой челюсти характерно для тех людей, которые обладают сверхипнозом.
Вот, то есть, когда ты не пользуешься, не воздействуешь на людей как чернокнижник, как черный маг, а ты воздействуешь, как говорит Осетий Матфей, словом Божьим, словом Иисуса Христа. То есть ты не ошибываешься, не обманываешь своего партнера. И здесь Цветаева только останула их объединять на религийные черта. То есть, все-таки, одну черту по сфотографическому, премиорийскому языке, это через рассеяние молнии идентично.
Почему она только о черте определенной линии? Потому что речь идет о том, что это намек на ту дохристианскую традицию, когда маги, Адамил был магом, они использовали всю мудрость Вавилона и Египта для того, чтобы помочь, так сказать, науходоносору рассказать эти слова, имя Божье. То есть, практически, это как вот эта магическая линия христианства, которая, она считает, что она делает смертью и жизнью, что она все равно умрет, потому что с ней все время беда, но она на себя как бы берет эти дохристовые страдания. Единственным партнером в этом пути вместе с ней выступает Даниил.
Дальше она отмечает, значит, что ее волосы как шлем. Почему? Это имеется в виду египетский барик. То есть здесь она выступает как бы шлем, как амазонка, значит, на камнях. То есть это, как говорится, такая греческая, то христианская традиция таких же ясновидцев. А с другой стороны фиксируется при этом в этом стихотворении улыбка Даниила Бравица. В Библии никакой улыбки. У нас еще одно размышление, когда вот улыбка подразумевается некое особое состояние.
Но мы знаем, что у Христа так озарилось лицо, что оно у него исказилось в форме Т. Это форма блаженства. То есть речь тут не о просто улыбке, а о состоянии предвкушающей блаженства, которое пошло в состояние Т-образного креста. Символ различия иудейского креста в виде буквы ТОВ, 22-й знак древнееврейского поэта, и прямого креста, значит, христианского, европейского креста, или косого креста, который потом использовался, который.
Стихотворение о Кремле, что здесь идет намек на пожар в Кремле, о том, что вздымаются волосы, не волосы, а мех у нее, какой-то мех в море нацветает. Но речь не идёт о верхней одежде, речь опять идёт о особом состоянии, когда человек начинает имитировать царя-львов, и вы его не трогаете. То есть это как бы модель всё время сопротивления в жизни со всеми теми страданиями, которые ей посылает актриса стихотворения. «Не моя печальная забота, как зайдёт по секту, не я хочу, то огромный кто-то, и ангел, и львов».
Значит, здесь уже она отождествляет ангела и льва. Это действительно, контоминация возможна, если ее преобладает модель, о которой она прямо говорит, модель сфинкса. Сфинкс, есть лейпостазь, мы увидели один вариант у сфинкса, как вы знаете, его протяжении, ну, накрыла без сфинкса. Он редко когда изображается с лицом мужчины. И поэтому они с Данилов, получается, собратьями. Дальше речь идет о Горящей Москве. Идет любопытное сопоставление Горящей Москвы 12-го года, она прямо не упоминает, но она говорит Горящий город.
И стихотворение достигнуло 2 августа 1916 года, то есть эта годовщина не получается, дата 104 года, но это вопрос историкам, это вопрос на наработку. Теперь стихотворение шестое, пила по сердцу, рождение ребенка в сосне. Это тоже уникальная вещь, потому что она связана с циклом так называемого, который был к тому времени уже фактически создан, металлицей был Пидморкио, который известна составлял один итальянский герцог с острого капри, который дословно означает «глаз сосны» или «острый голубой глаз», о чем она говорит в дальнейшем восьмом-девятом стихотворении. Что любопытно, что прообразом вот такого человека-робота, деревянного человечка, который говорит истину, одна определенная фамилия, имеющая отношение прямо к династиям, в частности, к той же династии Армаловичей, в династии Арсения, которая переводится как «шипь ежа» или «глаз, в который попадает игла».
Так что здесь у нее начинается игра, или это настоящая попытка, может быть, реконструировать свое благословное через побочный ветвь семейства Арсений. Седьмой. Бог согнулся от заботы и затих. Вот и улыбнулся, вот и много ангелов святых, случаях, за которыми мы сотворим больше Бога. Бога возлюбила милых ангелов Его. Есть любопытная модель творения, которая отсутствует в Библии, так называемый мотив шестикрылого Серафима. Он достаточно хорошо разработан в русской апологетике и литературе. Но здесь получается, что если мы такую примем систему, что во многих случаях у нее запятые факультативные и большинство играет фаузы, так называемые стихи стихотворные, то есть где мы поставим знак молчания, то мы получим совершенно другой смысл.
Типа казнить нельзя, помиловать. Значит, если здесь мы посмотрим, Бог согнулся от заботы и затих. Во-первых, это, так сказать, почувственный образ Бога. Если мы примем буквально, что она мыслит изобразительными знаками Географии, мы загибаем Бога, и получается у нас Дельта. Дельта это четвертый знак этала, это Дан, который означает император в теологическом языке древнего этала. И в то же время, это Дан, это, так сказать, имя Бога Данила, Бог Камень, то есть Камень.
В то же время она как бы закладывает этот камень молчанием, как бы камень, так сказать, затыкает стих. То есть первой строчкой она объясняет эту систему. И мы здесь делаем паузу. Ну, за вот и за тих. Вот и за тих. Дальше. Вот и. И ангелы, как в случае с Зарвами, кровами сотворили. Ну, в стиле, давай, посидели на срубе. Здесь и не случайно, и постоянно его с большой буквы. В той же народной системе, которая означает сфинкса или судьбу.
Получается, что этот сфинкс творит чистокровность. То есть, это знаменитая, так сказать, посадка в древнеудейской практике, и так сказать, в христологии, у спиноза, например, так называемая фраза, которая вошла и в обычный наш язык, поставить точный ноты. Точка над «и» — это баф, то есть это шестигрыло-серафим, это звезда Моги Давида или Символа Розенгрейца, это розетка. А «и» — это вот этот сет десятый знак, означающий судьбу сфинкса.
То есть мы ставим, так называемую, латинскую точку. То есть вот этот знак — это знак знаменитого столпа Джет. Это столица Джебы — это египетской космогонии в Верхнем и Нижнем Египте, два города Этфу. В отличие от меня, была создана совершенно уникальная светоносная космогония, которая, возможно, также была положена в теорию исихастов. И в основном их положение, что исихастом называется тот человек, который сворачивается калачиком, то есть сгибается таким образом, чтобы он глазами наблюдал свою собственную пополину в тихом отключенном состоянии.
То есть это смысл, символ, знак исихии. То есть здесь мы предполагаем, что связь ее, так сказать, намек на, может быть, глубокий пиетер ее психологической практики отразился, может быть, в беседе с преподобными отца, или, так сказать, через своего отца. предстоит, возможно, дальнейшая работа с архивными документами, потому что для нас, может быть, это кажется слишком сложно, но для интеллигенции дворянского XIX века символика и христианская,
Второй голос.и масонская, она настолько
Четвёртый голос.широко распространялась, что и неудивительно было, что и в библиотеке у Пушкина находилась известная трактата Шампанюна, и Шампанюн знал 200 этих иероглифов и знал их значения. Ну а интервал, который отделяет уже достаточно широк, и знакомство с такими поэтами, как Бонусов и с другими поэтами, знакомые со стиховидной тематикой, они, можно так сказать, могли внести определенную лепку в это. Дальше, значит, и поэт уже говорит о том, что она превращается в крылатую женщину, то есть уже идет сфинкс, и что это будет быть в виде.
Эта тема потом была развита в немецком поэзио «Георг Бахман», такой цикл у нее есть все, что иметь, с крыльями падает. И в «Пиндоселье у клязь» такая же тематика, через «Блокироватую женщину с фильмом». Это ее просто, так сказать, знание, предыдущая знание, девятое стих двойное. Только в сказке блудный сын возвращается в общий дом, в отчий дом. Любопытная трактовка блудного сына. И другое, что это связано с возвращением Даниила.
Дело в том, что есть несколько версий о том, что Даниил не погиб. Сейчас окончательная версия не выяснена, но фактически получается, что с точки зрения логики Цветаевой она придерживалась версии о ложной смерти Даниила и о том, что сказка, можно понять так, только в сказке, тире, она пишет, блудный сын возвращается в очередной дом. А если мы на слух, то, как мы знаем в классическом русском языке, и он, они, так сказать, совмещаются.
Сказки блудности. Блудная сказка – это сказка фальшивая, но в каком хорошем смысле? То есть это так называемые фальшивые версии Адемии, то есть те версии, которые вошли в неканонические Евангелия. Вот с точки зрения, мы этот вопрос консультировались со специалистами, такие Евангелия нам неизвестны. Но, например, большое количество разных неканонических имамбилей, апокрифов, переведённых на другие языки, например, фиксируют такой уникальный материал, который не включён в официальный сход. Почему это происходило и почему этот материал разрешали публиковать, но не используют до работы? Вообще, это, бесспорно, крупнейшая находка.
10 стихотворение. Она называет смысл своей поэзии, что для нее нет корысти. Единственное ее корысти, это наблюдать сонные рты и червонные листья. С точки зрения нормальной логики, мы можем сказать, что здесь ничего нет, просто поэтическая литерация и все. Но поскольку это цикл, это десятое стихотворение, мы должны присунуть из речения тайные письмена фараона одновременно. Значит, сонные спящие рты, на наш взгляд, это спящие письмена.
Письмена, которые являются во сне, и потом человек, когда пробуждается, он их толкует. Это основа той психотехники, того образования, которое получил Даниил, когда он был приближен ко двору на Урзануса. Абсолютно новое слово. И если все остальные соображения имели строго научный характер, значит, мы не исключаем, что она собой торгует. То есть она выступает под нашим единственным фанатом Борджем. И что в апартаменте были специально расписаны сценами из жизни.
И там есть любопытная анаграмма G на N. Значит, это буква G в инкрустированном куклу N латинскую. Таким образом, что часть буквы или «джену», значит, если мы по-итальянски переведем ее «родной», «безродной» и дальше «природной», то имя совсем как бы свекровного «джену», «элджену», «неджену». «Неджену» – «безродный». Здесь, так сказать, вот это три системные стопки произведения Москва-Кабацкая, откуда пошла потом Москва-Кабацкая.
Впервые это сказала Цветаева, и только он впервые повторил. В связи с «Саями» и «Горячей Москвой» больше тематика как бы спор, продолжение, поскольку было очень много двойников уже, значит, ее линия уже Дмитрия, линия династии Арсения, значит, связывается, в ветхозаветном варианте, значит, с Данилом, связана с правлением вот этого красного, или, так сказать, защитника Борджа, был книга, во время создания системы отличия, она стоит родного, она переплетает.
То есть, короче говоря, в этом цикле она постарается осветить весь свой путь и в предпоследнем стихотворении, а, вернее, в последнем стихотворении 17-й она так закачивает. 17-е стихотворение после стихотворения называется «Саркофаг или могила?» Она закачивает словами, что в символическом веке возмущение по этому поводу.
Второй голос.Анастасия Григорьевна, хотя здесь было запрошено 8 минут, но началось полчаса. Пожалуйста.
Первый голос.Я постараюсь очень кратко проанализировать всего
Второй голос.одно из стихотворений из цикла Сирилла, который
Третий голос.который имеет, согласно своему названию, профетический характер.
Второй голос.Я собираюсь сделать структурный анализ не на уровне цикла, а на уровне одного сихтворения
Третий голос.и кратенько все проиндустрирую на уровне терминологии.
Второй голос.Вообще я занимаюсь изучением китайских, корейских, монгольских вариантов Библии и буддистскими параллелями христианского учения. И в частности, много внимания я в своей закладке уже уделяла проблемам смерти. Недавно находил 19-й международный конгресс по философии, на котором выступал Иван Тимофеевич Фролов, и он говорил о важности проблем с донатологией, которые сейчас подчеркиваются в современной науке.
Четвёртый голос.Он также является ректором нового института донатологии при институте философии. И проблемам образов смерти в истории мировой культуры было. Поэтому то стихотворение, которое я выбрала из поэтического наследия Марины Ивановны, оно в общем-то посвящено этой проблеме. Да, сразу, чтобы не шокировать, я скажу, что очевидная личная трагедия, связанная со смертью дочери Ирины в 2020 году, она могла повлиять на восприятие политической проблемы и продвинуть ее сознание в этой области, углубить подход к этому сложному явлению.
Но я постаралась это проанализировать с точки зрения востоковеда, и на что я прежде всего обратила внимание, это на терминологическую точность, которая ясна из подбора лексики в этом стихотворении. Что я имею в виду? Дело в том, что практически на каждое ключевое слово в 13 стропах, из которых состоит стихотворение, 13 по древней теологической системе Таро являются символом смерти и воскрешения.
Второй голос.В каждой из этих строк есть ключевое слово, которое имеет свое аналогичное концептуальное понятие в буддийской религии, что было также использовано христианскими миссионерами при интерпретации посланий апостола Павла, Иоанна Иоанна, и этому уделено большое место в исследовании миссионерами библейского текста.
Четвёртый голос.Сейчас я начну иллюстрацию быстренько. Значит, первая строка. «В груди моей младенец льни, рождение, падение в губы». Ну, согласно буддийской концепции Нирваны, изложенную, например, с ней можно ознакомиться в хрестомате буддийских текстов, вызванном профессором Ковалевским в 37-м году в Казани, рождение — это, если так, то уже обречение от истинного пути прихода в мир духовных сущностей. И формулировка Цветаева именно «падение», она также имеет прямую корреспонденцию к общебуддийскому понятию «неспадение в перерождении». Это сразу настораживает и задает тост. То есть это первая стропа, первый архангел, человек появляется в мире.
Второе. За облачных нигдешних скал младенец мой как низко пал. Ты духом был, ты прахом стал. Вот оппозиция дух-прах. Интересно, что только на монгольском буддистском материале прослеживается семантическая и фонологическая общность духа двойника Сумс и пепла-праха Умс, которые связаны через понятие Сударь-тень, который отбрасывает душа умершего на пепел. Эти данные отражают опыт глубоких биохимических исследований познания человеческого организма, имеют фиксацию в китайском ритуале поминовения умершего императора и также являлись предметом исследований европейских ученых, в частности немецких.
Вот в 20-е годы, особенно, когда Цветаева находилась в Берлине, она, очевидно, через круг своих знакомых могла иметь возможность ознакомиться с этими исследованиями. И после приезда в Прагу, вот она написала это стихотворение. 3. Плач маленький о них и нас. Рождение, падение в час. Только опять же на монгольском материале мы прослеживаем, что понятие времени и понятие часа это в общем-то адекватно. То есть она уже начинает характеристику определенного состояния времени.
Этой проблемой время-пространство, образование дисперсности различных средств, уплотнений занимался покойный физик Панин, которому был посвящен очень интересный доклад на предыдущей секции в рамках нашего конгресса. И дальше сейчас продолжает Илья Прибожин, который сейчас в Бельгии работает. Вот, и здесь уже по этим данным языковым видно, что Цветарева была так или иначе посредственно каким-то образом ознакомлена с этими исследованиями.
Или ее индивидуальное развитие шло в этом направлении. Четвертое. Плач маленький, впредь и вновь, рождение, падение в кровь. Но здесь ангольская, греческая гайма, то есть это тоже на фоносемантическом уровне, это жизненная сила, символ живого существа по отношению к мертвому или к мертвому воскрешенному. Пятое. Идет повтор. И здесь будет, в этой структуре будут два повтора. Мы фиксируем. И вправо, и в час. Повтор будет еще.
И в кровь, и в код. То есть, если мы изымаем два повтора из 13,
Второй голос.то мы получаем несколько другой цикл на 11. Сейчас я дальше продолжу. Здесь будет еще такая ремнистанция.
Четвёртый голос.Шестое. Где заря бы его чудес, плач маленький, рождение в лес. Здесь уже явно Это начало пространственной характеристики, то есть шестую аркану, это метод из аналогии пропорции соотношения весы принципа относительности. Седьмое. Где дали живущий дрот? Плач маленький, рождение в счет. Это продолжает нашу тематику. Восьмое – фиксация повторения. Пятое и восьмое. Девятое – но встанешь. То, что в мире смертью названо – падение в твердь. Вот здесь по символической народной системе девятка – это посвящение. То есть она дает посвящение через смерть.
В китайских, тибетских, монгольских, буддийских практиках хорошо известно определенное медитативное состояние, которое так и характеризуется, медитация смерти. А в корейском буддизме базовое понятие просветления, через которое лежит путь к становлению Будды, оно также через китайские иероглифы расшифровывается через эту медитацию смерти. Или технику мнимой смерти, которую должен был пройти Адепт, в результате чего коренным образом менялось его сознание, менялась его биохимия, и он воскресал уже в одном качестве, что можно сравнить и имеет общую основу с тем, что говорил предыдущий докладчица о ритуале смерти и воскрешения фараонов.
10. Но узришь то, что в мире век, смежение, рождение в свет. В философском конгрессе, в частности, доктора Морана и профессора Рабиновича, когда он говорил о Витте Моргану, он был вложен на область денег. Что еще касается света, я также делала на этом конгрессе доклад, посвященный смерти, и там я подбирала иероглифические структуры, которые характеризуют переход предельного состояния, который совершается в этой медитации.
И при этом человек видит сияние ослепительное, что также подтверждается исследованием медиков, которое сейчас широко известно, в частности исследователю клинической смерти, что когда человек фиксирует проход через какую-то темную трубу и дальше он видит, в зависимости от его религиозных концепций, он может давать ассоциацию на то сияние, которое он видит. Либо это христианин увидит Христа, мусульманин, соответственно, Мухаммеда, или там ангелов, или еще что-то, или просто такое абстрактное ощущение света, сияния.
Одиннадцатое. Из дней на век. Ну вот это вот можно провести параллельно с формулировкой ныне и во веки веков, то есть проявление божественной силы. Одиннадцатый аркан — это сила, он так и называется, вестилина. То есть все стихотворение с изъятием вот этих инкорпорационных повторов получается посвящено божественной силе с периодом на одиннадцать. 12. Смерть маленький, не спать, а встать. версиях библии из коллекции инзивиров, которые сохранились в исторической библиотеке, точно так же стоит эта фиксация пробуждения ото сна. Тринадцатый. Плак маленький, уже ступень оставлена. Восстание в день. Ну вот это тринадцатая смерть и воскрешение. Здесь вот этот термин «плак». Но нужно сказать, что даже в современной лексике китайского языка сохранилось такое обращение, просто бытовое обращение друг к другу, которое переводится «плавающий труп».
В общем, поэтому существует ряд лексикологических исследований современных китайских ученых, и они не проводят аналогии каких-то религиозных параллелей для выяснения этимологии. Хотя здесь очевидно, что это понятие связано с так называемой идеей пребывания в потоке. И есть и географическая такая фиксация, когда голова, череп или скорлупа в состоянии открытом пребывает в потоке. То есть пройти через поток, преодолеть этот предел, через поток определенных магнитных полей, тогда происходит вот эта трансформация, изменение сознания и изменение биохимической базы, в общем-то, заложенной в организм.
Теперь, что интересно, стихотворение всего состоит из 30 строк. Если мы опять по дорогой системе посмотрим, это 12 аркан. В монгольской системе существует понятие времени на 12 минут. Этот период соответствует понятию сустав. И в Китае тоже есть такое понятие времени, соответствующее понятию сустава. Оно также связано фоносемантически с понятием перехода этого предела. То есть меняется, некоторым образом меняется ощущение человеком сочленения в своих вот этих вот суставах, что обеспечивает его неуязвимость.
И, естественно, способствует его дальнейшей жизни, воскрешении существования в более полном смысле того божественного разума, который был ему отпущен от начала творения. Вот, теперь, всего в этом стихотворении, всего в этом цикле Сивилла пять стихов, в общем, что соответствует плаценте, или если мы это сопоставим с вот этим светом, посвящение через свет, свет оплодотворяет плаценту, то есть происходит зарождение божественного эмбриона.
Чему, собственно, и посвящено это стихотворение? Потому что оно называется «Севило-младенцу». То есть это тот младенец, который не должен быть рожден в мире людей, но он рожден в мире духов. Потому что он осуществляет в себе вот эту божественную программу, к сожалению, которая при незнании определенных техник или несовершенности человека не может быть в большей степени реализована в мире людей. Ну и из этого мы можем выводы сделать, что Цветаева, очевидно, была знакома и с этим материалом, и с самими вот этими техниками, психотехниками.
И такое точное отражение этих терминов в стихах свидетельствует о ее личном опыте, переживании. Может быть на уровне сознания, может быть на уровне ее полной интеграции в этот процесс.
Второй голос.Это еще предстоит исследовать в будущем.
Третий голос.И, насколько я могу понять, теперь мы можем продолжить, да? То есть, если есть вопросы, доклады про службу, или прежние, то мы подойдем. Я получила вопросы, но для того, чтобы было понятно, что я буду отвечать, я буду отвечать на вопросы, которые я буду отвечать на вопросы, которые я буду отвечать на вопросы. Хорошо, я не знаю, что это значит. Вопрос заключается в некотором отношении творца к тому, чем он занимается. Творец создает искусство.
В вашем докладе, чрезвычайно интересном примере, прозвучало, что искусство Марии Святой это и есть преодоление горизонта. То есть это и есть преодоление горизонта, и преодоление это оно сродни преодолению, со смертью, да? И здесь как бы и второй тезис, ну не тезис, а второе предположение Произвучала тема гибельности искусства, что искусство помог постепенно исчезать. Не связан ли это с мотивом гибельности искусства? — Я не поняла, что это. — Гибельности, гибельности.
— Гибельности, то есть это приводит к гибели. — Да, да, да.
Второй голос.Вот здесь вот как раз я хотела узнать, как вы рассматриваете,
Третий голос.либо искусство приводит к гибели творца, либо творец постепенно изничтожает искусство. И в той неоднозначности, которую вы задаёте словом о каёк,
Первый голос.то есть когда клетка становится объектом,
Второй голос.вот здесь для меня чрезвычайно интересно,
Третий голос.в какой степени вы разрабатываете вот эту дилемму. Поскольку можно сказать, что, наверное, я писала письмо родному, и для родного нахождение в искусстве
Второй голос.это есть прохождение наслаждения, прием наслаждения, либо искусство это есть как преодоление предела. И тогда искусство, оно приводит к гибели Творца. То есть для него Творец становится как бы вот этим окоем.
Третий голос.Мне очень понравилось, как бы окоем через А. То есть это как бы для искусства это не есть слишком значимая субстанция. Это действительно есть просто какой-то субъект, который попадает в это пространство, либо не попадает. И когда, может быть, Павел Красавов и в той степени, о которой вы сейчас немного говорили, И может быть, есть подход Марии Цветаевой к бессознательному и подход к искусству как не преодоление горизонта, и тогда это есть гибель, и тогда это не смерть, а может быть, напротив, попытка встать в антитезу к собственному отношению, к собственному долгу к искусству.
Первый голос.Вы знаете, здесь больше размышлений, чем вопросов. И я могу так сказать, что всегда я услышала об этом очень долго. И в своем эстетическом смысле она очень долго вспомнилась. Причем вспомнилась именно по континууме.
Третий голос.Конечно, гражданство было общественное и однозначное. Для них постоянно возникали все противоречия.
Первый голос.Чем больше был, тем сильнее была революция,
Третий голос.тем сильнее становился индивидуализм. Это вообще всю эту систему классно представляет.
Второй голос.Искусство ведет к другому миру. Если человек исчезает с галернии, происходит какое-то разрушение, это все есть.
Третий голос.В этом смысле потом я очень слава, что этот опыт убегает, потому что у меня все галерщики есть, все знают, все знают о том, что это.
Первый голос.Исчезает ли само искусство? Не знаю. Наверное, на самом деле это да.
Третий голос.Наверное, да. Потому что в момент максимального проявления определенного веселого объема И может быть здесь даже как раз вот и то, что неожиданно, кажется, в докладе у Георгия Великого есть, наверное, эта депутация к Соловову, к Мамону, может быть, как раз ваш вопрос о том, что вы говорили о том, что нет. Я могу прочитать вашу разработку где-нибудь на пятом поле?
Второй голос.По этому поводу?
Первый голос.То, что вы писали о Бокаеве.
Третий голос.О Бокаеве? То, что вы писали, я не честно сказала. Если это не выжиданная статья, то, соответственно, можно почитать.
Второй голос.Нет, вообще, вы знаете, что? Сейчас я скажу. Есть у меня есть опубликованная статья, и там об алкоголизме говорится, но очень немного намечается на эту тему.
Третий голос.Это статья об активе и индустрии святая в монастырских категориях. Она запечатана в Ветхой монархии посвященной святая в последний месяц. Вот это мы и есть.
Второй голос.Но есть ещё, есть какая-то отдельная работа,
Третий голос.которую я бы не заканчивала.
Первый голос.Обсуждали в других работах,
Третий голос.скажем, есть, например, или с одной я посмотрю, есть работы вообще о совмещении искусства, асимптомизма и смысловом, не чисто тематическом, и драматическом. Разные есть. И у многих вопросов есть, но непосредственно большинство об окраинах Да, я тогда отвечаю, кто-то может сказать, что это демократия, кто-то может сказать, что это демократия. Ну, в основном, да, если я сейчас так встала, то это будет сразу же наоборот, как в Григорьеве.
Ну, наоборот, очень коротко формируется. Предактор, это сказать, что это жаловат.
Второй голос.Зачем?
Третий голос.В смысле, зачем?
Первый голос.Если, тем более, если он говорит, что он уже понимает, что в данном случае получившая власть, да, и вообще злодей, в некотором случае, да,
Третий голос.Он понимает, что будущее, главное, на что нужно вернуться, это молодое поколение. Зачем он это делает? Чего он хочет? Он хочет, чтобы каждая из нас находилась как мирная сущность или что-то другое? Вы знаете, в том, что я рассказывала, очень много скрытых планов, и они, и все сразу вместе с ними выйдут. И дело в том, что когда столкнулся человек с властью, то в какой момент он становится человеком с властью? Когда он начинает мультиматум, когда он говорит «долго гонюсь, дружу».
В тот момент, когда он перестаёт быть, так сказать, вот этим человеком,
Первый голос.он начинает действовать как человек, который к гибели по отношению к тому государству,
Третий голос.ну, если вы государство, или той социальной структуре, которую вы воплощаете с вами. А какая жизнь? Надо воздействовать на молодое поколение, надо его вымудрить. То есть я не понимаю, я думаю, как жизнь, вот ты следишь за тем, здесь полное переплетение, а тем вместе, как она разворачивается в контексте сложных действий. Не знаю, у тебя есть какие-то вопросы? Я не очень согласна, потому что не просто что-то, тем более месть сама по себе, она абсолютно не имеет никакого значения.
Но не важно другое, для него слово важное. Действительно, это маховление детства, махи-пале. В общем, чисто психосоматическое нанесение. И здесь тоже. Речь идет о Цветаеве. Речь меньше всего идет о Цветаеве. Я вообще полагаю, что Цветаеву, как реального человеческого личности, он не живет в боевых условиях. Речь идет о той коллизии, которая рассматривается и анализируется, и предлагается ее разрешение, имеющее определенные аналогии, которые при желании можно найти, если вы их рассматриваете, в разных структурах мира на разных исторических этапах.
Что касается миссий, то я совершенно с вами согласна, что это как раз та категория, которая, вы помните, умеет Франц Кадлавой за все, за вся, в том же Красоломе, но которая ведь с самого начала нам вот и заставляет, во-первых, на мой взгляд, вот я долгие годы как бы сидела с Красоломом и первоначально такая за выраженностью, Всегда меня мучило именно в связи с темой убийства, в связи с темой вот этой самой мести, которую делает его старый мужчина мелким. Но я, конечно, никак не могу перечислить категорию. Это категория, вот, как вы слышали, я сейчас поняла.
Я хотела бы задать вопрос, потому что вы не ставите, не даете никакой возможной интерпретации крысолова как воплощение искусства. Как к воплощению искусства, потому что у меня была такая, правда я не много занималась, но моя интерпретация была, что вопрос мести, и действительно, я с вами согласна, не ставится, ставится скорее вот этот, немножко то, что я вчера говорила, шантаж, так или смерть.
Второй голос.И вот тут, значит, ее шантаж ставится под другими, ну, как-то в других обстоятельствах,
Первый голос.но что фактически искусство как таковое, будь то музыка, будь то поэзия,
Второй голос.будь то, ну, вот это начало искусства, что оно всегда несет с собой страх гибели. И вот примером этой гибели, как она сама говорит на храни бездны и так далее, примером этой гибели
Третий голос.это убор и смерть что это
Второй голос.связь гибельности возможной гибельности
Третий голос.можно добавить вопрос
Второй голос.а вы уверены что это убийство
Первый голос.плохо, что в цветаевской
Второй голос.системе ценностей
Первый голос.смерть не лучше чем жизнь вот только что
Второй голос.что нам разбирали, пугающе для меня, стихотворение о Севилье и младенце, где как раз пространно говорилось, что жизнь – это большая гадость, а смерть – это настоящее счастье. Да, я понимаю ваш вопрос. Значит, я на это вопрос ответил. Мы все время пользуемся таким стеколем, в Цветаевском мире. Но в Цветаевском мире есть еще один мир. Мы изучаем Цветаевский мир, но сам Цветаевский мир не представляет того, как он. Он открыт всем прочтениям, как мы только что, кстати, имели возможность убедиться, когда мы читали эти последние доклады.
Да, в святайском мире смерть может интерпретироваться и так, и так. Но вы же не можете уйти от той проблемы, которая возникает при чтении Христового. То понимание, которое вы говорите, оно является, ну, как бы традиционным. Да, вот это действительно, вот лучше именно неуклонно стареть, чем сидеть. Но прочтите, это не предвзято. Прочтите, о чем здесь идет речь? Непредвзятых прочтений не бывает. А как назвать это иначе? Предвзято, поскольку в Цветаевском мире смерть выше жизни.
Это есть некая посылка, которую вы рассматриваете тем, до того, как, ну как вам сказать, посылка заказана. Или я рассматриваю его не с цветайской предвзятости, а с моей собственной предвзятости. Я думаю, это гораздо хуже. Я думаю, что это вопрос такой, который приведет нас к очень большим дискуссиям. В частности, мы ведь не обязательно, возможности для осознания человека очень большие. Мы можем сравнить цветаевские тексты с цветаевскими, можем сравнить цветаевские тексты с другими текстами в пределах нашей самой культуры.
И с собственным массовым сознанием, с собственной личностью. Представьте себе, например, что вам кто-то очень подробно, очень подробно и очень детально рассказывает о том, как вы были на даче, а там вот на реке в туду утонул мальчик. И вам очень подробно будут рассказываться о том, как это происходило. Вот сначала вот так он был, потом вот так он был, потом вот так он был. И представьте себе, что ваше сознание именно такое, что вы считаете, да, лучше, что он там, потому что действительно смерть лучше, чем жизнь. На вас эмоционально не подействует это? Вам как будет казаться, что неправильно, действительно? Или он все-таки идет в какую-то другую сторону?
Помимо того, что в святаяшком мире смерть выше жизни, я хочу этим сказать, что такая очень чёрткая космосимантика,
Третий голос.если мы её таким образом видим, что она святая была,
Второй голос.на мой взгляд, она снижается.
Первый голос.Она сужена.
Второй голос.— Я боюсь наоборот, что моя оценка, с которой я вхожу в Цветаевский мир, суживает его понимание. Ну, что, наверное, я могу сказать. Ну, надо бороться с нашими страхами, как это называется. В таком случае, мы просто совместно, наверное, можем осуществлять этот опыт. Может быть, есть еще вопросы, и мы продолжим тогда.
Третий голос.Мне кажется, что она прошла очень действительно по-деловому, я бы сказала, очень насыщенно, интересно и очень разные аспекты были взяты. И хочется поблагодарить всех, кто был здесь, был все эти предоседания и слушал. И здесь была, мне кажется, такая очень интенсивно не риторическая сфера, что всегда чего-то не существует. Спасибо. Если, Надежда Ивановна, хочется что-то еще сказать, то очень бы хотелось, чтобы дом тесно соприкасался с музеями университетских кадров.
чтобы музеи и университетские кадры имели общие цели и задачи, и осуществляли бы наши учения в таких совместных собеседованиях, для них по выслушиванию визыскали, это отлитого визыскали, потому что музей хотел бы, чтобы он был живым организмом, и чтобы в нем создавали многие аспекты вживления жизни и творчества святая. Огромное спасибо всем, кто помог осуществить первую конференцию со всеми ее плюсами и минусами и кто подскажет, как проводить их дальше.
Мне очень хочется, чтобы они были живозными, чтобы они не сдавались и чтобы результат их был ценный. 1993 года.
Первый голос.Памятное чтение к вопросу о трагедии личности
Третий голос.Уфрона и судьбах России.
Четвёртый голос.И открытие жизни, и память, и события, которые мы все пережили и еще переживаем. Я хочу сказать, что когда мы собирались давно и делали теперь, для многих людей был вопрос, почему однозначная или неоднозначная личность Экрона, почему так отмечать столетие.
Первый голос.И все-таки мы вполне последовательно и убежденно должны сказать, что трагедия личности Сергея Ефрона это трагедия не одного человека. Это трагедия огромного числа многих очень по-разному включившихся в сложный процесс нашего века и наших судеб имигрантских и российских. И к этой дате и по этому поводу мы не только можем, но и обязаны сказать о том, что и как написано в этом доме. Скажем, подстрек от пулемета. Рядом были те события, которые по сути решили судьбу России. Вот это восстание в Никитских ворон, охрана Третьего ряда, запасный 56-й полковник, в котором служил и фронт. И то правительское слово, которое о нем сказала Цветаева, такие враговые времена, слагая станции, идут на плаву.
Вот эта судьба, которая далеко завела и которая была у истоков гражданской войны и включила в себя всю трагедию борьбы с фашизмом и в результате трагедии раскола нашего общества и всех сложностей его, Вот это не только повод, но и обязанность наша все переосознать, прислушаться к словам поэта, проследить судьбу человека, о котором друг Цветаевой, Иоанн Сан-Франциский, Дмитрий Шаховской, Который был авиатором водонаверенного и печатал Цветаеву, сказал о том, что его трагедия нисколько не меньше, а может быть и больше, чем трагедия самой Цветаевы.
Поэтому мы решили сделать выставку «Лебединого стана», где все предельно ясно сказала в дневниковых своих записях и в стихах-формулах Цветаева, которая написана здесь, в этом доме, рядом с офицерской, где обсуждались бои и у Никельских ворот, и наступление по Поварской, и отступление по Арбату, и красный и белый переход, по обе стороны которого погибали действительно все те, кто жил и умирал без страха. Я очень рада, что сегодня собрались здесь все, кто думает об этом, те, кто чтут память поэта, все, кто хотят знать, что мы делаем и почему.
И что здесь и люди из Цветайского музея, и из Елабуги, и из Александрова, и из Болшева, и из Тарусова, мы все вместе с людьми, которые любят, ждут, понимают и отдают долг. Мы хотели, я коротко сейчас попробую сказать, мы хотели это открытие выставки, которая сделана в доме, где идет капитальный ремонт, где, вы слышите, делают и крыши, и программируют вентиляцию, которую нам не сделали, от чего нам дышать трудно, где ничего не остановлено,
Четвёртый голос.где неизвестно еще на что и как мы будем жить, вот в этом доме мы хотели, чтобы эту выставку мы открыли вот здесь, в зале, а там, где мы в маленьком узком коридоре и в бывшей кухне, вместе с героическими женщинами из российского зарубежья, бывшей библиотеки Ленина,
Первый голос.которые отыскали нам, написали нам аннотации, сделали нам выставку, за что огромное им спасибо. Вон они, три замечательные женщины, там еще четвертая была. Мы делали это совместно с нашей российской республиканской библиотекой. И вот мы хотели, чтобы эту выставку открыл оркестр молодых военных мальчиков
Четвёртый голос.И сыграл бы нам марши той и другой армии. Но в условиях чрезвычайного положения это оказалось просто нельзя. И тогда замечательный наш друг Леночка Тамбурова прислала нам своих друзей, музыкантов, и мы открытие выставки откроем их концертом, которое на стихи друзей Цветаевой споют нам песни. И мы потом аккуратно в наши узкие помещения пройдем, посмотрим выставку, вернемся сюда и откроем нашу научную конференцию,
Первый голос.в которой будет рассказано о выборазийстве, о реабилитационном и следственном деле Эфрона, об его личности и о тех архивах, которые изучает сейчас.
Четвёртый голос.Поэтому я сейчас объявлю наших дорогих друзей, присланных нам, дорогой Еленой Кампуровой,
Первый голос.И скажу вам, что Александр Грущик, Людмила Жериба и Николай Латышев споют нам песни на стихи друзей иммигрантов Марины Цветаевой. Прошу. Субтитры сделал DimaTorzok
Третий голос.Уймут костер
Первый голос.Они уйдут, спасаясь от пожаров На дно серебряных озер Так отданная на поток татарам Святая Киевская Русь Ушла с земли, прикрывшись светлояром Но от огня не отрекусь Я сам костер Метеж моей природе Но цепи грань нужны ему
Четвёртый голос.Не в первый раз заботясь о свободе
Первый голос.Мы строим новую тюрьму Вся Русь костер неугасимый пламень Искрает край из века в век Будет ревет и трескается камень И каждый факел в человек Когда-нибудь скрестел при разруке, увы, Сны тем смешаются с портью песка, И слезы в родной огня возвратятся назад. Петки шумят, чем же тогда веселее Земное вино, чем ей поселиться. Этот ощелок сладкой тайги, Люди вещи на рамки наедут, Этого вора вкусный цукат, шапок расплод, как будто расхват.
Тушно плавность, ёлка в полу, клеевый лак, смола. Вечно куда-нибудь нельзя напасть, в верхнюю комнату, в корточку на стене. Возникающий корточный рак, пуск возникает, задувающий плак. Явственным слухом... Большой акцент в негативных моментах я начну за здравом. Движение европейское – это наиболее интересное движение в русской эмиграции в начале 21-го по 39-й год, И самое главное, что делает это движение особенно уместным, воспоминание об этом движении уместным в этой аудитории, что оно было составлено ровесниками Цветаева и Ельтрона.
Это судьба поколения Цветаевых. Евразийство было основано в 21-м году в Софии, то есть в глубокой провинции европейской, где оказались случайно несколько блистательных представителей этого удивительного поколения. А вот когда я изучаю, кстати, русскую иммиграцию, вообще этот период, то просто какое-то впечатление, может быть, даже оно ошибочное, но такое впечатление, что это было самое талантливое поколение. Ну, как мы знаем, на протяжении трех лет родились четыре гениальных наших поэта, от 89-го до 92-го года.
Их ровесниками были недавно умерший наш мини-философ Лосик, Михаил Булгаков, скажем, писатель, Бахтин, основатель евразийства, о котором я буду говорить, гениальный лингвист. Трубецкой, Богослов Флоровский и масса ученых-естественников. Но мы должны помнить, что огромное большинство из этого поколения просто не осуществило себя. Либо сгорело в гражданской войне, либо просто не могло себя здесь осуществить. Мы бы, если бы, скажем, был убит в 1925 году, даже в 1927 году Лосик, мы бы не знали, что это был гениальный философ.
То есть даже по тем оставшимся людям мы можем представить себе, хотя бы в черне, тот уровень русской культуры, на который бы поднялась русская культура в это время. Но я должен сказать, что это не только для России, в общем-то, характерно, даже для Европы в целом. В культурологии годы сразу после Первой мировой войны и примерно до 1923 года получили даже терминологическое название «Анни Мирабили», то есть «Дивные годы».
В это время были опубликованы, ну, это годы какого-то великого всплеска творческой энергии. В это время, ну, я не знаю, там, Брус, Джойс, Эллиот, просто сейчас не могу вспомнить, но все лучшее, что было сделано в европейской культуре, падает на эти годы. То есть это самое сгущенное, сгущение творческой энергии. И вот одним из, так сказать, всплесков этой энергии можем мы считать возникновение этого евразийства. Так, для того, чтобы характеризовать евразийство, надо характеризовать основные фигуры.
Это основали евразийство четыре русских мыслителя разных политических установок, разных профессиональных, так сказать, ориентаций. Это гениальный лингвист Трубецкой Николай Сергеевич, сын первого выборного ректора Московского университета философа Сергея Николаевича Трубецкого. А об этом лингвисте Мэйе, это крупный французский лингвист на международном конгрессе, сказал, что это самый крупный лингвист в мире на сегодня.
Он также занимался этнографией, причем первые статьи научные написаны 14-15 лет, и 15 лет опубликованы. Я должен сказать, что все эти евразийцы, в отличие от дореволюционных интеллигентов, совмещали в себе не только высочайший уровень европейской образованности, но и опыт общественной политической жизни. — Тот же Трубецкой, кроме кабинетных исследований, провел многочисленные полевые исследования по Кавказу. У него остались неопубликованы чрезвычайно интересные работы по Кавказу, которые сейчас не могут быть опубликованы, потому что Кавказ — это сейчас вулкан, и нельзя задевать самолюбие этих кавказских народов.
То есть этот человек как бы чувствовал пульс жизни этой империи. Он имел опыт работы в трех университетах и вот оказался в Софии, там на карте славяноведения. Второй основатель – это молодой эконом-географ Савицкий, И любимейший ученик Струвы, аспирант Струвы, и Струва его во время войны, еще не закончившую аспирантуру, направил в Осло экономическим советником. То есть он там уже получил какую-то закалку политической, дипломатической работы.
И кроме того, он потом в Белой армии участвовал в правительстве Врангеля. То есть все эти, ну и большой опыт еще и там на Украине он пережил годы и сражался во время гражданского войны, то есть имели большой, не книжный опыт. Сувчинский, наиболее близкий потом к Цветаевой человек, это талантливейший музыкант, еще до революции основавший, сначала вместе с Римским Корсаком возглавлявший журнал «Музыкальный современник» и организовывающий по всей России концерты посвятительские, которым он привлёк лучшие тогда силы, в том числе будущего своего ближайшего друга Прокофьева, который привлекал Строинского, организовал кружок философов музыки, в которые вошли, например, такие фигуры, как Асафьев, будущий академик нашей известнейшей музыки, Там Василий Гиппиус и другие. То есть эти люди смотрели как бы на него, как на своего руководителя. И потом уже в 30-х годах во Франции он оказал, как мне по всякому случаю сообщали, значительное влияние на французских теоретиков музыки.
Кроме того, это тончайший знаток поэзии, и его оценки, к каким оценкам прислушивались французские поэты. То есть это высокообразованный человек, и тоже получивший опыт. Да, еще он организовал потом собственный журнал Мелос, который уже в 1917 году, к сожалению, только два номера были, и больше не выходило. Ну и четвертый, ныне, сейчас вот именно в эти дни проходит конференция, посвященная столетию этого выдающегося богослова Флоровского в Америке. Крупнейший православный богослов, историк культуры, окончивший Одесский университет, когда он российский университет.
В этом университете он еще, тоже многостаночник, опубликовал работу, кроме своей специальности по физиологии, которую Иван Григорьевич Павлов потом опубликовал в своих аналогах, и крупнейший наш историк русской культуры. Вот эти четыре человека летом 21-го года основали евразийство движение и выпустили первый сборник «Исход к востоку». И вот должен сказать, что вот это слово евразийство, оно дезориентирует, потому что оно фиксирует только одну лишь сторону творческой жизни этого движения, и даже, я бы сказал, не самую главную и не самую симпатичную.
А навязал именно это самоопределение, самый младший из этих членов СУВЧИН, это Савицкий, который, чтобы понятнее, хотя бы грубовато, наиболее из них материалистически ориентирован. Его специальность была экономическая география, и кроме того, опыт в ранних письмах, переживания вздыбленной России, когда он проходил путь с белой армией, у него создалось впечатление, что это какая-то зооподобная жизнь, то есть чисто органическая, витальная жизнь страны.
И вот он именно наибольший хрен сделал на рассмотрение исторических духовных явлений с биологизаторских позиций. И вот эта биологизаторская, квазиматериалистическая позиция, которая возобладала где-то с 1925 года в этом движении, Она была подхвачена уже парижской ветвью евразийства, где он принял несчастье принимать участие в ЕФРО. И вот такая вот материнская ориентация сблизила эту ветвь евразийства с большевистской идеологией.
Но стимулом здесь послужило еще нечто другое. В 1924 году агенты ГПУ проникли в это движение, поскольку к 1924 году это движение получило значительный резонанс в среде молодой русской эмиграции и даже в военной среде. Сначала ГПОшники проникли в эту среду, но не заинтересовались евразийством, а для них нужно было проникнуть в военные организации. Но в 1924 году они занялись евразийством вплотную. И соблазнили евразийцев якобы возможностью влиять на внутренние российские процессы.
Они их убедили, что их идеология получила большой резонанс среди молодой советской интеллигенции, и возникли якобы уже многочисленные подпольные кружки в Советском Союзе Евразийский, которые требуют идейного руководства. И вот этот соблазн кончиться в реальную историю, делать историю, вот это и переориентировало евразийство с чисто историасовских проблем. Но на этом я не буду останавливать внимание на историософских проблемах. Но в общем, я считаю, что главным у них, несколько у них значительных идей, но я считаю, одним из главных это направление просмотреть историю русской культуры с точки зрения того, чтобы увидеть, что в истории русской культуры И было такого, что не позволило выработать иммунитет против вот этой заразы, большевистской заразы.
То есть чем больна была на протяжении многих веков русская культура. И вот результат этих исследований наиболее полным выразил Флоровский в своем капитальном труде, уже более позднем, «Путь русского богословия».
Третий голос.Это 1937 год.
Первый голос.Вот. А здесь они тюлились, простите за грубое слово, в реальную политику. Их соблазнили. Они начали организовывать и военные организации. Главным действующим лицом со стороны ГПУ был Лонговой. для москаленов это интересно их дом лонговых на Мясницкой
Третий голос.до сих пор существует
Первый голос.это семья такая известного врача входившего в окружение великого князя Сергея Александровича
Третий голос.и тоже
Первый голос.страдавшего тем же самым пороком
Третий голос.что и Сергей Александрович вот такая несколько развращенная
Первый голос.Интересная интеллигентская московская семья. И вот их сын, будущий полковник ВВ, высоких интеллектуальных качеств, изучил евразийство и предстал перед ними как представитель внутрисоветского покольного евразийства. И вот люди на это клюнули и стали писать работы, которые именно вот чисто евразийские. Например, Сергей Николаевич Рубицкой написал специально по заданию вот этого ГПО, он не знал, что по заданию ГПО. Книгу, например, брошюру наследия Чингисхана, которая должна была быть, так сказать, евангелием этих подпольных евразийцев, то есть мягко выводить из-под влияния марксистской идеологии в сторону евразийской идеологии.
И, к великому сожалению, это огромная тема, огромная тема, о которой я просто не могу сейчас рассказывать, хотя это увлекательная безмерно тема. Просто здесь можно сериал «Как богатые плачут» сделать очень интересный, потому что там не только, так сказать, интересные и события, но и страшно яркие личности даже второго плана. В качестве иллюстрации я просто зачитаю характеристику одного из евразийцев, который был в близких отношениях с Цветаевой и с Экроном, это Святополка Мирского, который характеризует, какого характера люди тоже вошли и оказали влияние на это движение.
Вот Савицкий, один из основателей этого движения, сделал заметку, приписку к письму Сувченко, и характеризует так Минского. Евразийц 22-го года по ноябрь 29-го, момент распада Каламарского-Евразийского, это парижское вот это самое. — Ныне один из ведущих советских критиков. Характеризую Мирского человек большой одаренности и огромных знаний, притом не только в литературе, но и в самых разнообразных отраслях. Я имел случай убедиться, что он, например, одинаково хорошо знает геологию России, историю восточных кочевников, историю укрепленных линий против индейцев в Аргентине. Основная страсть говорить парадоксами ради острого слова и оригинальности. Действительно ничего не пожалеет.