Первый голос.Поверх барьеров. Культурно-политический журнал «Радио Свобода».
Второй голос.Сентября 1971 года, в разгар работы над своим новым фильмом, в Москве скончался Михаил Ильич Ром. Он был одним из самых удачливых деятелей кино в эпоху сталинизма. Пятикратный лауреат сталинских премий, народный артист СССР 50-го года, можно сказать, не снимая, Ром нес тяжесть увитого лжелаврами венка, возложенного на него вскоре после появления в 1937 году фильма «Ленин в октябре», кремлевского спецзаказа к торжествам по случаю 20-й, самой жуткой из годовщин.
В последние десятилетия жизни Михаил Ильич Ром приложил немало художнических, гражданских, человеческих усилий с тем, чтобы не зложить с себя тот сталинский венец Терновый. Тайные иглы язвили его всю творческую жизнь и где-то в конце 50-х привели художника к попытке воскреснуть. В статье «Размышления у подъезда кинотеатра», 1962 год, Ром писал «Я принес несколько клятв, я даже произнес их как-то ночью вслух». В этом кодексе самоочищения было, например, такое, процитируем Рома.
Отныне я буду рассказывать только о людях, которых я знаю, лично знаю Отныне я буду говорить только о том, что меня лично волнует Как человека, как гражданина своей страны При том, как человека определенного возраста, определенного круга Отныне я буду рассчитывать на то, что среди 220 миллионов моих сограждан Найдется хотя бы несколько миллионов, которые думают о том же, о чем думаю я и на том же уровне, на каком думаю я. Если я убежден, что исследовать человека нужно в исключительные моменты его жизни, пусть трагические, пусть граничащие с крушением, катастрофой, то я буду брать этот материал, не боясь ничего.
В конце концов, я советский человек, и все, что я думаю, это мысли советского человека, и вся система моих чувств – это система чувств, Конец цитаты. дает вторую часть магнитозаписи. Напомню вкратце содержание первой. К 20-й годовщине октября решено поставить ряд пьес и фильмов, не столько канонизирующих образ Ленина, сколько утверждающих Сталина в качестве его единственного преемника, Ленина сегодня. Организована правительственная комиссия. Среди прочих произведений рассматривается сценарий под названием «Восстание» 33-летнего Алексея Каплера. Михаил Ром, 36-летний режиссер, автор двух фильмов «Пышки», «Пома-Пасану» и первого советского «Истерна-13», в принципе согласен взять на себя постановку картины. Дела у Рома стремительно ухудшаются. Ленинская картина могла бы его спасти. Однако сценарий все еще не утвержден, а дела все хуже и хуже. Рома выгоняют с Мосфильма. Идет, между тем, повторяю, год большого террора, 37-й. В попытках как-то зацепиться, предотвратить скольжение по наклонной плоскости, Ром уезжает в Киев, рассчитывая уговорить киевскую киностудию на постановку «Пиковой дамы». Встречей с
Александром Петровичем Довженко оканчивалась первая часть. Итак, Довженко молчит. Ром молчит тоже. Включаем запись второй части. Рассказывает Михаил Ильич Ром.
Третий голос.Потом он заговорил своим немножко скрипучим, но удивительно обаятельным голосом, красивым, совершенно неповторимым украинским акцентом, который я не берусь имитировать. «Не кажется ли вам, Михаил Ильич, — сказал Довженко, — что ваша картина оскорбительна для украинцев? Я аж подскочил. Почему? У меня там есть украинский солдат, его играет Масоха, украинец, я специально брал его, чтобы не имитировать этот язык. Пасоха говорит на суржике, сказал Довженко. Это не украинский язык. И снова замолчал. И я замолчал. Возражать было нечего.
Молчавший Долженко сказал, что украинская студия постепенно превращается в место творческой ссылки для проштрафившихся режиссеров из столицы. Тогда я уже сильно обижен и сказал, ну если вы не хотите, я не перейду на Украину. В конце концов я найду себе другое место работы. Нет, почему же, сказал Довженко. Но мне кажется, что на этой студии должны ставиться украинские картины на украинском языке людьми, которые знают этот язык.
Ну, я решил, естественно, не перебираться в Киев. Женку, может быть, и не хотел оказать на услугу, но оказал. В общем, я ему очень благодарен. Я вернулся в Москву. Дела мои были табак. Куда ехать? где ставить пиковую даму, решил я уже податься в Ленинград, чего очень не хотел. Как вдруг вызывает меня к Шумятскому.
Второй голос.Шумятский Борис Захарович – советский государственный партийный деятель. Член Компартии с 1903 года, участник революции 1905-1907 и Октябрьской. В 1919-1920-м председатель Совета Министров Дальневосточной Республики, затем на руководящей советской работе, включавшей должность постоянного представителя в Иране. С 30-го года председатель «Союз кино», с 33-го начальник главного управления кинопромышленности, сокращенно ГУК, и одновременно заместитель председателя комитета по делам искусств при Совете народных комиссаров СССР.
На плечи Шумянского легла перестройка кинопромышленности и киносети в связи с освоением звука доселе немой кинематографии страны Советов. Инициатор проекта строительства советского Голливуда, единого для страны киноцентра на юге, где солнце, по американскому образцу. Поддержки Сталина этот проект не получил. Борис Захарович Хумецкий казнен 29 июля 1938 года. Михаил Ром продолжает.
Третий голос.Я пришел к Шумяцкому и застал там Каплеру. С первых же слов Каплер мне объявил, что сценарий утвержден правительственной комиссией и предлагает мне поставить его. Я не успел ничего ответить, как нас вызвали к Шумяцкому. Шумацкий объявил меня, что если возьмусь поставить картину к 7 ноября, я могу получить сценарий 7 ноября это же совершенно невозможно, Борис Захарович Во-первых, над сценарием нужна еще работа, это знаете Алексей Яковлевич Работы много, подготовительный период, образ Ленина Ведь это же страшно подумать Ну, минимум уйдет три месяца на это Но это уже в случае огромной удачи Июнь, июль, август А останется на постановку-то картине два месяца Октябрь, ноябрь Как же быть, когда я ее сниму, когда смонтирую Шумятский сказал Если возьметесь, все будет к вашим услугам Я говорю, да как к моим услугам Я вообще выгнан с Мосфильма-то Шумятский говорит, вы еще не уволены Вас только собираются уволить Ну, а если вы возьметесь То вернетесь на Мосфильм с моим отношением Я напишу туда, что картины буду руководить лично Я, ГУК, будет руководить А Мосфильм будет практически подчинен вам
Второй голос.Еще раз напомним, ГУК – Главное управление кинопромышленности.
Третий голос.Любое распоряжение ваше будет исполняться. Беретесь? Я обещал дать ответ завтра. Вышел. Думаю, с кем советоваться? Решил пойти к Смиткину. Смиткин был моим другом, но в еще большей степени он был другом.
Второй голос.Лёля, здесь речь идёт о жене Михаила Рома, актрисе Елене Александровне Кузьминой, 1909-1979.
Третий голос.через границу, человек безграничной смелости, потом был порученцем Зиновьева, пострадал за это, был директором Ленфильма об энергии его, об его правительной предприимчивости, ходили просто легенды, да я сам в этом убедился, на Мосфильме все, что было сделано, делал он, он сажал эти аллеи и сады, благоустроил территорию, открыл столовую, при нем Студия превратилась в настоящее, так сказать, место работы Много старше своей жены, летом было 50 с лишним Круглый, полный, бритый наголо Он всегда был очень добрый, чеченый, интересный человек Тоже трудно мне имитировать его Говорил он отрывисто, короткими фразами, буркал что-то Первое время не понимал, что он говорит, потом научился его понимать Жена его, Мария Павловна Сливкина, была годами двадцатью моложе его Это была очень красивая женщина, чисто русская, чуть полноватая, высокая, очень стройная С нежной кожей, которой легко заливал румянец С большими прозрачными серовато-зелеными глазами И тоже очень энергичная, ближайшая подруга Лёли, как раз она была.
Ну вот пришёл я к Сливкину, говорю ему, что делать? Сливкин буркнул.
Второй голос.Соколовская Софья Ивановна, партийный псевдоним Светлова Елена Кирилловна. Выписываемая Рома Время, директор киностудии «Мосфильм». Казнена 26 августа 1938 года.
Третий голос.Соколовский. Я как-то не думал, ну, будь что будет, все равно нечего у меня было терять, кроме цепей. Да и цепей уже по существу не было. Был ведь я свободен, как птица. К этому времени я уже был женат на Лёле. Жил он в маленьком подвальчике в Южнском переулке. Подвалюшечка был крошечный, две малюсенькие комнатки, просто такие замухрыжистые. Летом жила Лёля на даче у Сливкина Вот как раз собиралась переезжать в скорость Это уж была вторая половина мая Ну, нажал-то после разговора с Шумяцким Явился я на студию Пришел к Соколовской И положил перед ней бумагу Как поглядела она Что студия будет подчинена мне И моему директору Лакару Просто даже ахнул Пятнами пошла Потом побледнела Она говорит Вы сумасшедший Независимо ни от чего Вы же не успеете поставить картину Это же невозможно Я видел сценарий Это пока еще не сценарий Когда вы это все сделаете Когда вы смонтируете Когда вы снимете
Второй голос.Радио Свобода В эфире культурно-политический фурнал Поверх барьеров Вы слушаете вторую часть магнитоздавского рассказа Михаила Рома об истории создания фильма «Ленин в октябре». Михаил Ильич Ром продолжает.
Третий голос.Я говорю, буду работать по три смены в день. Декорациями придется застроить все павильоны. Студию придется месяца на два остановить. Шоколовская только ахнула. Но бумага есть бумага. Приступил я к работе, сразу собрал съемочную группу. Два директора, Вакар Привезенцев, два вторых режиссера, Дмитрий Иванович Васильев, энергичнейший человек, исполнительный, точный, из казаков, очень хороший мужик. Другой Сидор Ефремович Синьков, прямая ему противоположность, такой высокий, болезненный интеллигент.
Операторы Волчок, Савельева, художник Дубровский, Эшки Передал я им сценарий Говорю, вот по литературному сценарию сразу подбирать актеров Сразу эскизы всех декораций Если какие-то декорации будут вылетать, я буду сообщать А я поеду куда-нибудь в Дом отдыха с Каплером переписывать сценарий Каждую неделю будете получать, так сказать, страниц 20 Ну хорошо, сразу же Гроппа, сразу Прогуна, Ленина, Сталина, Дзержинского и так далее Но я уже во все это не вникал Только успел переговорить, так сказать, с Лелей, то другой, третий Купил путевки для себя, для каплеров, до отдыха в Астафьево И вот как-то вечером сижу я на Юженском переулке, уже перед самым отъездом, еще Лёля в городе, значит, Наташка тут была больна, перед этим только поправлялась она, значит, вдруг звонок, мне звонит Райзман.
Второй голос.Райзман Юлий Яковлевич, кинорежиссер, народный артист СССР, шестикратный лауреат Сталинской премии.
Третий голос.И говорит, Миша, сейчас звонила Елена Кирилловна, вызывает меня к себе, и вас тоже вызывает. Вот ко мне уже сейчас придет машина, я за вами заеду. Я говорю, в чем дело? Не знаю, поговорим по дороге. Ну, действительно, через минуту мне звонок, говорит секретарь Елена Кирилловна. Елена Кирилловна просит вас приехать к ней. Куда? Уже вечер, на дачу к ней. И вот через 15 подчаливает к нашему жалкому домишке, к нашему подвальчику, огромнейший закрытый линкольн или что-то в этом роде, правительственная машина, с черепами, с фарами, сзади прямо целое купе, столик можно ставить, огромный помещение.
И там Юрий Яковлевич Я говорю, в чем дело? Куда нас везут? Говорит, вероятно, в связи с вашим Лениным Это называлось не Ленин в октябре Это по привычке С вашим восстанием Говорит Юлия Надо подготовиться к разговору Возможно, нам предложат Вместе работать Я говорю, а вы согласитесь вместе? Смотря на каких условиях На равных, конечно Все-таки я поопытнее вас Это безумие Я сценарий прочитал Над ним огромное количество работы Я говорю, ну сценарий я беру на себя Мы сейчас сядем, переделаем А вот картину как?
Ну посмотрим, что предложат Машина между тем несется куда-то в ночь С правительственной сиреной, с ревом Пригоняет куда-то на дачу Охрана, часовой, забор Входим Там стоит правительственная дача обычного типа Соколовский, что-то не видно Нас проводят Предлагают пока сыграть на бильярде партию Бильярд стоит Стали ему стукать шарами Помалкиваем Ну, через 20 появляется Соколовская, приглашает нас в столовую, там прекрасный ужин, очень изысканный ужин, вина французские, радиола невиданная какая-то с проигрывателем, французская, ставится на какие-то пластинки, спускается Яковлев, бледный такой, немножко отечный, хотя не полный человек, невыразительный.
Второй голос.Имеется в виду, по всей видимости, Эпштейн Яков Аркадьевич, псевдоним Яковлев, советский государственный и партийный деятель, ответственный работник аппарата ЦК ВКПБ. Казнен 29 июля 1938 года, за месяц до Софьи Ивановны Соколовской.
Третий голос.Потом Яковлев какое-то замечание нам сказал такое. Беретесь? Смело. Смотрите, смотрите. Исчез. Пригласила нас к себе Соколовская. Говорит, знаете, дело нешуточное. Правительство, партия ждет этой картины всерьез. Вот Михаил Ильич берется. У меня большие сомнения. Давайте поступим как большие. Я говорю, я берусь и готов делить как угодно. Деление, по-моему, самое простое. Деление ведь все время скрывается в этом сценарии. Значит, есть одна часть материала, весь ленинский материал, паровоз, квартира, заседание ЦК и так далее.
А другой материал, готовящийся к восстанию, огромные массовые сцены, меньшевики, эсеры и так далее, керенские. Я предлагаю одному работать над ленинским материалом, другому весь остальной материал. Выбор предлагаю Юрию Яковлевичу как старшему. Я все-таки попрошу право в это. Я до тех пор, пока не будет готов сценарий, я не дам согласия. А если он меня удовлетворит, то в постановке мы будем чиститься равными. Но я попрошу право в это.
Я говорю, нет, я вам никакого права в это не дам. Предложена картина мне. Я тогда один поставлю. Хотите вдвоем на равных? Готов Нет, нет Головский говорит Вы просто безумец Мало того, по-моему, вы авантюрист Я говорю Нет, тогда я буду работать с этим Юлий несколько обиделся Он сказал Ну, я понимаю Михайловича Что ж Я и себя тоже не могу подчинить Этой коллективной работе Если он не согласен на мое Тогда пусть ставят один На том дело и кончилось Поехали обратно по дороге, помирились Я приехал на студию И тут Произошел разговор об актерах Ну, сразу мы согласились Втроем Я, Каплер Васильев И Борис При этом присутствовал Ленин, Щукин На всякий случай я просил Васильева попробовать всех, кого возможно, потому что Щукина собирался снимать и Юткевича.
А Юткевич была фигура сильная. Накануне я был в кафе, случайно встретился там с кем-то из ленинградцев, чуть ли не с Козинцевым, с Лаубергом. Что, говорят, будете снимать сценарий Каплера? Я говорю, буду снимать. Ну-ну, а кто же Ленин? Я говорю, Щукин. Они засмеялись прямо. Это вы что же, у Юткевича что ли собираетесь отнять? Я говорю, а что ж, он же ведь не скоро начнет, и он обещает только к ноябрю пробный эпизод снять, а я всю картину кончу, мы разойдемся.
— Э, вы не знаете Юткевича, — сказали мне, — вы просто дитя, ребёнок. — Ладно, посмотрим, кто ребёнок. Нахальство к этому времени мною владело. Решил так, рубить так с плеча. Ладно, берусь-берусь, либо сам в крестах, либо голова в кустах. Кто Василий будет играть? Охлопков Матвеев Дикой Ну вот так развели мы все роли сразу С места в карьер Матвеев Дикой Василий Охлопков Ленин Щукин И до отъезда еще В Остафьево, в Дом отдыха Где мы работали над сценарием Я Шумятскому этот состав Заявил Он сказал, ну, Ленин, посмотрим Если вы действительно будете успевать И все без Щукина отснимете Тогда посмотрим Что касается Охлопкова Я вам его утвердить не могу Это сомнительная фигура Его театр закрыт Он формалист Он под подозрением В такой картине он сниматься не может И вообще он не подходит для Василия, ищет другого актера.
Второй голос.Игорь Ильцов. Комментировал и вел Сергей Юринян. Желаем вам полноценного праздничного отдыха и до встречи в свободном эфире.