Первый голос.Зинаида Владимировна, расскажите, как вам пришлось встретиться с родственниками Пушкина?
Второй голос.Имение моего отца в Псковской губернии и 50 верст от Михайловского. В Михайловском жил сын поэта Григорий Александрович. Он жил... Я буду все рассказать?
Первый голос.Да, пожалуйста.
Второй голос.Он жил с одной француженкой, которой звали Эй-Ла-Ли. А крестьяне её прозвали Ай-Лю-Ли.
Первый голос.Ай-Лю-Ли.
Второй голос.Вот, значит, Ай-Лю-Ли выписывала венцо из Франции. И, значит, вот мой брат, философ Владимир, И двоюродный брат, который потом так трагично умер, как министр торговли, он скончался в опере, когда был театр, горла, был государь и весь двор. Он в ложе упал и скончался от грудной жары. Но тогда он был молодой человек, и имение их было в 10 минутах от нас. И вот эти два господинчика ездили вверхом в Михайловское. И постоянно, значит, мы знали это.
А затем Григорий Александрович очень часто бывал в Богдановском. Он был большой охотник. Но мой отец был против охоты, так что не позволял делать охоты. Но очень всегда весело проводил время у нас. И очень похож был на своего отца. Но, к сожалению, хвастал тем, что он не знает ни одного стиха своего отца. Голос был ужасно пронзительный, и так я его очень помню хорошо.
Первый голос.Ну что, чем он интересовался, главным образом, сыном?
Второй голос.Вот он жил в этом Михайловском, но в один прекрасный день он влюбился в такую мадам Машкову. Вот её фотография. Её звали Варвара Алексеевна. Варвара Алексеевна Пушкина, рождённая Мельникова. Замужем она была очень недолго за Машковым. И в Михайловском поселился Пушкин с ней и с дочерью от Машкова. И в хавате с тропкой Григория Александровича узнать было нельзя, потому что она была так ревнива, что даже не было никакой женской прислуги, а скорее всего мужчины.
Нужно воспитывать 16-летнюю девочку. Она не хочет никаких гавернанок. И пригласили недорослю из дворян рядом, Волкова, который с ней занимался. В один прекрасный день бабушка, которая, не могу сказать, что я ее очень уважала, обратилась к ним и сказала, что вот вам деньги и удирайте, а я приеду за вами. И я вам купила имение у Колыбельна, называлось это Бездане, и там вы будете жить. Молодые, значит уехали. Теперь драма, в семье произошла такая же, этот Мышков, который был значит ее мужем, приехал туда, Они были в разводе, значит, он приехал и сказал своей дочери, что она вовсе не его дочь, и начал за ней ухаживать.
А нет, он не был дома, потому что его забрали в солдаты. И вот бабушка вызвала этого мужа, дала ему любовь в руки, рассказала историю. И тогда обед, после обеда он вышел на балкон. Недорослый дворян вышел за ним, выстрел, и он убил его. Тогда подняла страшные истории. Все адвокаты поскакали в Вильню на суд, военный суд, потому что он солдат. И вот как свидетельница выставила жена молодая, Мату ее звали. Ей было 19 лет. Она говорила за своего мужа и его оправдали. Этим история кончилась.
Эта моту очутилась в Париже. И один раз один наш знакомый сидел у князя Исупова, и он говорит, я не могу, у меня сейчас маникюрша. Я сказала, что маникюрша прошла, это была моту. И ничего не осталось в смысле наследства. А Григорий Александрович переехал с своей женой в Маркутинь. Вот это я вам передаю. Если не ошибаюсь, это верно. Да, кажется, это так, бумага. Про Маркутинь. Это было имение около Вильна, где открылся музей.
Первый голос.— И как долго жил Григорий Александрович Пушкин в этом имении?
Второй голос.— Не сумею вам сказать.
Первый голос.— Под Вильном?
Второй голос.— Где-то есть, я не знаю, не могу вам сейчас сказать. Я ищу книгу, которую я принесла. Вот. И тогда, что интересно, это вот это.
Первый голос.Это письма Пушкина,
Второй голос.Пушкина, которые, которые, письма Пушкина к своей невесте. И издал, вот в вашей книжке написано, что Лифар, но вот как это произошла эта книжка. Опять Дягилев. Дягилев увлекался балетом, но потом он стал увлекаться книгами, как вы знаете. И вот в один прекрасный день он узнал, что есть письма. Тогда он поехал, есть письма были, был великий князь Михаил Михайлович. И он был женат, вы видите, как все это близко. Михаил Михайлович был женат на...
Первый голос.Наталья Александровна Пушкина.
Второй голос.Нет, нет. Михаил Михайлович был женат на ее дочери.
Первый голос.Да, да, простите, да, на Софье. На Софье, графине Торби. Значит, он был женат на внучке поэта.
Второй голос.Внучке поэта. И вот Дягилев приезжает к этой графине Торби, внучке поэта, и говорит, у вас есть письма Пушкина, продайте мне их. Она говорит, я с этим письмом ни за что не останусь. Если бы вы знали, Сергей Павлович, сколько людей меня просят эти письма. Из России, Академия мне писала. Великий князь Николай Михайлович, который был знаменитый историк. Это всё для тех, они ничего не поняли из этого всего. Николай Михайлович обращался.
И я в конце концов написала, что в России эти письма я никогда не верну. Ну, потому что Гвармон Дорси запретила моему мужу из-за того, что он женат на внучке поэта, вернуться в Россию. Я так оскорблена этим, что эти письма туда не вернутся. Но Сергей Павлович столько там перерывов, чтобы доехать до меня, я вам дам одно письмо. Сергей Павлович приехал очень вытянутым лицом, ничего не получив, но одно письмо. Умирает графиня Торбе, он едет к Михаилу Михайловичу, и значит привозит все письма.
И хочет их издать, и умирает. И эти письма попадаются Лефарю, который издал книгу. Вот эта книга.
Первый голос.Была издана в Париже, да?
Второй голос.Издана в Париже. А вот печать, о которой я вам рассказала.
Первый голос.Это в столетие со дня смерти Пушкина была издана в Париже?
Второй голос.Да. Они на французском языке.
Первый голос.Это Гоффман и Сергей Рифарь издатели? Да. Модест Гоффман?
Второй голос.Да. Не ошибаюсь? Это вот тот Гоффман, который в испраке говорил про эти знаменитые мемуары Пушкина.
Первый голос.Они до сих пор не разысканы.
Второй голос.Они в Англии, если я не ошибаюсь.
Первый голос.Да, есть предположение, что они находятся в Англии в руках потомков Натальи Александровны Пушкиной.
Второй голос.У Александра Александровна, значит, у сына Пушкина, сына Григория.
Первый голос.Григорий, да, это младший, да?
Второй голос.Григорий Александрович И вообще Московскую я совсем не знала
Первый голос.Вы Александра Александровича не знаете?
Второй голос.Нет, а у Григория Александровича Был, если не ошибаюсь, сын Григорий Григорьевич Который работает В правде
Первый голос.Да
Второй голос.Он работает
Первый голос.В издательстве газеты Правда в Москве
Второй голос.А это вот Вот как раз моя дочь приходит и говорит, прими одну даму, которая внучка Пушкина, обласкай её, и она в худых отношениях с семьёй, но она хочет продать печать, печать Пушкина. Я ее направила к Лифарю. Вот, значит, это была Елена Александровна, внука, внучка. Тогда, значит, я ее угостила кофе, мы сидели с ней, болтали, и вот так я ее увидала. И она пошла к Лифарю.
Первый голос.Это Елена Александровна, которая вышла замуж за Розенмейера.
Второй голос.Розенмейера и венчалась в Стамбуле.
Первый голос.Да, и потом должна была уехать в Африку.
Второй голос.И потом дальше не знаю. Я знаю, что Гофман, значит, у нее был, в Стамбуле.
Первый голос.Значит, дочка, внучка Пушкина была у вас в Париже, да?
Второй голос.Да, в Париже. И вот, значит, она пошла к Лефарю, а Лефар говорит, Господи, как я довольна, потому что вот мне только и не хватало печати. Вот печать он приложил, Пушкинскую. И вот, значит, это его почерк.
Первый голос.Да, это почерк Пушкина.
Второй голос.Ну вот, теперь, кажется, все. Теперь, если вам это интересует, эта фотография, я могу дать.
Первый голос.Нет, я не возьму ее. Спасибо большое.
Второй голос.Да, и вот, значит, вы прочитаете про это Маркуте, они переехали в Маркуте.
Первый голос.Расскажите, как вас мама всегда, когда вы проезжали мимо Тригорского, михайловского как у вас мама водила на могилу Пушкина? Да. Расскажите. Сказать это? Да.
Второй голос.Ну вот значит. Ваше имение было недалеко, да? 50 верст. От Михайловского? Да. Мы ездили значит на остров по По железной дороге. Оттуда мы ехали в экипаже 130 километров в версту. И проезжая мимо Тригорского. Тригорское было очень близко от Михайловского. Всегда там бывал. И тогда мама меня вставила в окна и говорила, смотри на Тригорское. потому что там жила Татьяна. И потом, значит, мы ехали дальше, была следующая станция, и потом Святогорский монастырь, где всегда меняли лошадей.
И в это время мы ходили на монастырь, где была могила Пушкина. И тогда там мы молились, и потом ехали дальше. И эта могила была очень заброшенная. И это я уже сплетничаю, так что я не знаю.
Первый голос.Ну, пожалуйста.
Второй голос.В один, одно лето, великий князь Владимир Александрович со всей своей скликой, губернатор Псковской, вся эта компания, должны были объезжать Псковскую губернию. И значит, он приехал к нам, в Богданское, и ночевал у нас, и подарил большой портрет, где написано «Владимир». И потом по поводу этого портрета мама узнала, что он был тоже в Михайловском у мадам Пушкиной. И там большая обида, потому что когда они узнали, что тут подпись есть, а там портрет без подписи.
Знаете, как было сядь. И тогда мой отец спросил, что великого князя, когда увидал через много времени, что вот обижена она, ну, хотел, чтобы ее. Он сказал, я это сознательно сделала. Я так возмутилась, как он видит могилу, что я не мог дать ему подпись.
Первый голос.Он считал, что это вина Григория Александровича, да? сын сын живет тут же тут же а как вы познакомились именно как он сошелся с вашей семьей вот григорий александр пушкин
Второй голос.который был тут же соседи когда я венчалась так это всякого все меня григорий санчо не помню мои свадьбы но все соседи когда праздник как каждые И 15-е число это был Владимир именин моего отца. И тогда не только Новоржевский уезд, а и Великолудский уезд, это все помещики съезжали иногда накануне. Это была целая история.
Первый голос.Так что, Григорий Александрович, Пушкин у вас бывал довольно регулярно. Да, да.
Второй голос.И когда они переехали в Маркуте, вот когда Дягилев искал эти письма, вот он был тоже у Варвары Ксевни. А потом вернулся, я говорю, ну что же, что-нибудь достал, кроме могилы Гри-Гри, Григория Александровича, я ничего там не получила, ничего не нашла.
Первый голос.Григорий Александрович так и похоронен там, под Вильной.
Второй голос.И значит это все перешло в музей. И они перевезли много из Михайловского в Маркуте. Это имение в Подвильной, которое принадлежало ей жене. А мой брат, который я показывала, старший, был большой друг с ней. Когда умер мой брат, он мне прислал эту фотографию.
Первый голос.А кто был по образованию Григорий Александрович Пушкин?
Второй голос.Не сумею вам сказать.
Первый голос.Он был из военных?
Второй голос.Ничего не могу сказать. Не помните, да? Не помню. Так я его видела штатским.
Первый голос.А приходилось ли вам встречаться вот так с известными художниками того времени?
Второй голос.Ну да.
Первый голос.У кого чаще всего бывал у вас Бенуа?
Второй голос.Бенуа это уже совсем близкий друг. Вы с детства были знакомы с Бенуа? Да, Костя Сомов, он меня звал Дина, я его Костя, Костя Сомов, Бакст, Лёвушка Бакст, Серов Александр Валентинович, ну кого же ещё? Левитана? Ах, ну да, Левитана. По поводу Левитана тоже так меня тронула история. Он, ну я не знаю, я боюсь, что тут...
Первый голос.Нет, нет, ничего, это дальше не уйдёт, чем я.
Второй голос.я. Левитан был любовником, Клейхельс был во главе, как это называется, полицейский. Полицейская охрана? Нет, нет. Третьего отделения? Нет. Ну, главный полицейский. Полицмейстер. Полицмейстер. Клейхельс. У него был помощник, и этот помощник, значит, он, Левитан был в связи с женой. Этот помощник был ужасный, такой невзрачный, такой человечек. Раз Левитан скончался, и выставка его в Академии. Чудная выставка была, до сих пор помню, поразительная выставка.
Между прочим, потом я расскажу, и у меня есть картинка Левитана. И подъезжаю, и вдруг его вижу, вот этого самого Щепникова, господинчика. И масса, под мышками всякие штык-пакет. А я такая была нахалка немножко, ну и на груди лежала, кричу ему. А он, если бы вы знали, что я несу, так вы бы так не сказали. Ведь это все левитанчики, левитанчики. Это значит, вот его картины, это он тащит на выставку. Вот меня тронул, так что такое отношение.
Теперь у меня там есть левитана картина, которая называлась «Вечерний звон». И когда мы уезжали из Москвы, гробарь пришел к нам взять наши картины. И, значит, еще было написано, значит, принадлежит кому-то. Но чудная, чудная картина была. И был такой друг моего сына, который ужасно любил эту картину, всегда выкладывался на таманку, тушил все электричество и смотрел на эту картину. Когда мы приехали как иммигранты, он зарабатывал, он был гусаром, у него все иммигрантские прелести, и в результате, чтобы кушать, он делал миниатюры.
И значит, в один прекрасный день он приносит моей дочери в подарок миниатюру, как раз этот левитан, который в этой картине. Вот она у меня. Я покажу вам. И потом я ещё вам покажу портрет Бенуа, который сделал портрет Вальтера Фёрша Нувель. Вы представляете, кто Нувель?
Первый голос.Да, это был большой друг вашего природного брата Сергея Ильича Дягилева.
Второй голос.И вот, значит, когда приехал до него, вот как раз когда этот портрет он привез, мой муж уже был очень больной, говорит, Шура, мне хочется от вас одну вещь. Александр Николаевич, все, что вы потребуете, я все сделаю. Сделайте мне портрет Валечки Эннобеля. Он говорит, Александр Николаевич, да ведь я пейзажист, а не портретист. Милый мой, вот вы просите то, что не могу. Глупости. Вы друг, и значит можете. Он уехал и привез портрет. Вот я вам покажу этот портрет.
Первый голос.Да. А вы с Репиным не встречались?
Второй голос.Как же, встречалась как раз у Дягилева. И дочь Репина была со мной в школе, в гимназии.
Первый голос.Да, как Свет Мак. Да. Был в то время, во всяком случае. Да. А из актеров вам приходилось встречаться?
Второй голос.Очень любила Валентина Александровича Серову. Это был большой друг и моего мужа, и моего.
Первый голос.А вам еще не приходилось встречаться с Шалятином, например?
Второй голос.Нет.
Первый голос.Нет?
Второй голос.Никогда.
Первый голос.Потому что Дягилев устраивал постановку Бориса Годунова в Париже в своё время с Шаляпиным.
Второй голос.Да, ну да. В это время как раз родилась моя дочь, и я была в ней, в ней это ещё было совершенно.
Первый голос.А вы жили после революции, вы жили в Париже сперва?
Второй голос.После революции мы проехали через Грецию, вот как раз к Демидовым, и оттуда мы попали в Париж на квартиру Дмитрия Сергеевича Мережковского, который был тоже небольшой друг наш.
Первый голос.Почему вы не расскажете об Мережковском нам, хотя бы три слова?
Второй голос.Много я так любила Дмитрия Сергеевича, что я не могу в двух словах сказать, я его так любила. Да, это большой друг был наш. Мой брат был при них, то, что Тургенев был при Берту.
Первый голос.А так?
Второй голос.И когда я попала в их квартиру после революции, у меня было чувство, ну вот я дома. Но в это время уже мой брат с ней разошелся. Мой брат остался в Польше, а они приехали, значит, в Париж.
Первый голос.И вы Гиппиус часто встречали?
Второй голос.Дистина Миколаевна, у меня есть очень хорошие от нее письма, и все, целая история у меня.
Первый голос.А с Буниным?
Второй голос.Буниным я его раз видела только, совсем никакого. А с Дмитрием Сергеевичем это целая эпоха жизни моей. Чудное стихотворение его в этой книжке. Правда, вот где вы пошли?
Первый голос.Вот часто говорят о том, что у Мережковского было какое-то раздвоение такой личности, что у него было что-то тёмное и светлое, которое всё время с друг с другом как бы боролось. Как вы считаете, в общем, он был человек скорее светлый?
Второй голос.Безусловно.
Первый голос.Человек религиозный, веривший в Бога.
Второй голос.Я думаю. Хотя тут он пальчиком грозит Боженьке, когда вот в этом стихотворении, если вы читаете, грубость в любви, грубость там, грубость там, Боженька это все устроил. Не нам судить, конечно, но все-таки мог бы сделать получше. Пальчиком погрозил.
Первый голос.Да, так что у него как бы конфликты были с Боженькой.
Второй голос.Он писал Леонардо Винчи, неправда? Да. И когда он писал, то немножко он напишет. Тогда мой брат телефонирует, что Дмитрий хочет у вас читать. Тогда я говорила, что вот такой-то день и час будет. И тогда что происходило? У нас была небольшая квартира, сравните, ну, и визитные карточки, и то, то, то. Илья приходит, ради Бога, пустите, хоть в прихожую, вы ничего не услышите, больше стен не могу расширить. Ну, набивалось всех. Какого у вас бывало-то?
Ну, без конца, и Бармонт, и я не знаю, только кого-нибудь.
Первый голос.Ходосеевич?
Второй голос.Ходосеевич нет.
Первый голос.Сальцев?
Второй голос.Нет, нет. Вот друзья Мережковских скорее. И, значит, все это набивалось, и картина была очень смешная, потому что дамы декольте, потому что они едут потом в послу на вечер, а рядом сидят какие-то совсем люди, даже не очень красиво одеты, и так далее. все это напивался слушать. И вот в один прекрасный день как-то Дима сядь рядом со мной, капризный был Дмитрий. И прямо зеленая лампочка что стояла, потом все тушилось. И вот Дима слушает. Что это такое? Что это такое? Я не могу читать. Опять мой муж скакивает, сжигает все Дмитрию. Я не понимаю, Я не знаю, что это.
Мышь или я не знаю. Но все, когда и зажечь, зажигаем, ищем, ничего, ничего, никого.
Первый голос.Показалось вам.
Второй голос.Опять начинается другой голос. Это я. Что? Это Малявин. Художник.
Первый голос.Художник Малявин?
Второй голос.Ему было, да. Он был совершенно от сахи человек. Да, да. И ему скучно Леонардо да Винчи слушать. Скучно. А вместе мы хотели прямо прийти. он уселся в уголок у камина а там был уголек от дерева вот он значит свои корни и димитрия рисует этим угольком и вот когда он все читал это там читал про петра и вот это сцена где со с сыном. Масса народа, все это. Вдруг я слышу, бумс, кто-то валится. Мой муж опять скакивает, зажигается. Любочка Достоевская на полу, как мертвая. Не видела. Это дочь. Ну, носит ее кровать. Вы с ней были знакомы?
Вот, да. Хорошо была знакома с Любочкой и с сыном.
Первый голос.Она ведь написала книгу о своем отце.
Второй голос.Да, вот это я не знала. Один раз мама говорит мне, ты поедешь к Цистоевским сегодня вечером. Очень мне не хотелось, но с мамой нельзя было спорить. Ну, хорошо, значит, я и Дима, младший, вот этот Дмитрий, вот мы едем туда. Я еще перед отъездом говорю, какое платье одеть. Как мама на меня рассердится. Что ты из себя дурь делаешь? Едешь к Достоевскому, какое платье? Ну, в чем-то есть там, в том-то поедешь. Вот мы приезжаем, звоним.
Открывает Анну Григорьевну, жена его. Зиночка, Диночка, ну, милые мои, как хорошо, что вы приехали. И я смотрю в дверь, а там я вижу, сидит мадам Кузьминская, большая рта в столе, и две дочери. И дочери в розовом платье, декольте. Думаю, ну вот, мама Достоевская. Но тут разговора нет, она схватила нас за руку и уйдет в зал. Громадная зала, топер сидит, играет пальцем.
Первый голос.И вот, значит, мы сидим.
Второй голос.Мы сидим. Копёр играет. Наконец, мадам Казанинская говорит, давайте играть в тяжёл. Давайте играть в кошки-мышки. Сделали кошки-мышки. Любочка, Федя, значит, сын. Приходит Анна Григорьевна. Немножко раньше я дала, ну, чтобы вам долго не ждать, идите ужинать. Идём в столовую, громадный стол, масса приборов. На кончике мы садимся. не умерли, потом простились и уехали. Никто не приехал. Они пригласили, Федя пригласил свой класс, она пригласила свой класс, но так он каторжник, их отец, то никто не приехал. Когда я рассказала это маме, мама вот так схватила, за голову бежала. А вам самого писателя приходилось встречать? Нет, у моей матери он был. Есть переписка, которая издана как раз в биографии моей матери. Биография моей матери писала Таркова в Альянсе. И вот там есть письма Тургенева и Достоевского, которые спас, в сущности, мой брат, который служил в библиотеке.
Первый голос.Но с детьми Достоевского вы часто встречались?
Второй голос.Нет, не часто.
Первый голос.Но, во всяком случае, вы с ними говорили об отце?
Второй голос.Да, да. Покойном? Да. Говорили, да? Говорили.
Первый голос.Какое ваше впечатление? Были ли они очень привязаны к отцу?
Второй голос.Это я не сумею сказать. Но мама мне рассказывала, как она попала к ним. И с папой они поехали туда и застали, поехали от того, что скончался первый сын Достоевского. И когда Анна Григорьевна встретила, говорит, что Владимир Дмитриевич, помогите мне, я не могу его с колен снять. Вот он как умрет мальчик, так он и стоит все на коленах, потому что он в таком ужасе, что он передал эту болезнь ему под дочерь. Вот при папе, как и мальчик.