Первый голос.Никаких отвлечений от творческих моментов никогда не было у Федора Ивановича. Можно говорить много, без конца, потому что это неисчерпаемо. Столько впечатлений. Это было такое счастье, вот застать эпоху Федора Ивановича Шаляпина. И без конца можно говорить, но я не хочу вашего внимания занимать. И хочу только донести вот правду, что Федор Иванович — это гений. И земно кланяюсь Федору Ивановичу Шаляпину, который своим гением прославил свой народ и нашу сторону на весь мир.
Второй голос.Значит, вам понятно, что шла речь об этом замечательном музыканте. Играет он классический репертуар, но мы рассчитываем, что он сегодня сыграет еще, если не здесь, то где-нибудь в другом месте, и не классический репертуар. А сейчас времени, дорогой Слава, даем очень мало. Очень мало, потому что мы в Рисательной, и я верю, что такое же впечатление испытают все слушающие, но у нас еще кино, и еще будет ансамбль выступать, а директор из этого ансамбля здесь сидит, с ней воевать трудно, поэтому пять минут.
Третий голос.Я сыграю одну из своих обработок старинного русского романса «Вимщик не гони лошадей».
Четвёртый голос.Поскольку ему беть ведь еще, он разрешил мне сказать. Сейчас выступает пианист Олег Башнякович. В память Федора Ивановича он играет транскрипции песен. Шуберт, шуберт-лист, мельник-ручей, двойник.
Второй голос.Будущие артисты, певцы споют единственные произведения, слова и музыка Федора Ивановича. Отказаться от этого мы не вправе. А во всем остальном мы сделаем купюр. Потому что Хатерина безвыездно живет, но она первая СОС закричала. Требует прекращения. К тому же еще есть фильм, и мы думаем, показывать вам его или не показывать. Ну вот тогда давайте быть сдержанными. Сразу начинайте. Стоять, нет? Одну вещь. Давайте, дирижер, мать. Проще и быстрее.
Пятый голос.Юра, как ваша фамилия? Комаров.
Второй голос.Он волнуется, поэтому будем внимательны, послушаем. И произведения достойные, и они выучили. Это очень ответственно, послушаем их. Разрешим кинокадров, потому что выбираете. Значит, при всей любви и то, что это замечательно прозвучало, то впервые, я думаю, и три сестры услышали это. Они взволнованы, и также мы взволнованы. Но бывают моменты, когда бис невозможен. Но я воспользуюсь этой маленькой паузой, чтобы еще отчетливее, ярче и глубже вы оценили вот их выступление. Прежде всего, это не профессионалы. Это люди, усталые от тяжелого дня, с шести часов вечера сегодня здесь и до двенадцати ждут своей очереди. Но ей Бога радоваться может на это.
Свет, который вы сейчас слышали, заочник, трудится днём на службе или наоборот на заочник. Его профессор, я не вижу Ларисы Ивановна Алимасова, которую я обнимал и любил, но вышла замуж за другого. и много-много приобрела птенцов. Это не вся студия, которую она руководит. Есть творческая народная капелла, или как она называется, я сам там что-то делаю, школа. Я знал, что я хотел услышать ваш голос сегодня. Это тоже моя партнерша, знаменитая Чубенко, которую я любил и обнимал, и в Дубровском пели мы с ней.
Еще минуточку, вы мне очень упрекнулись, То есть я ему не даю петь, а сам болтаю. У меня еще есть долг перед дорогим. Не будем? Сдаешься? Правильно. Тогда от вас всех, да, значит, я вам представил всех красивых, это инженеры, это служащие, это изобретатели. Я всех бы сказал вам по именам, по фамилии, какой у каждого из них характер, до следующего раза, но как от вашего имени поблагодарить и не поприветствовать вот эту самую старшую Шаляпину.
Одно маленькое слово тех товарищей, которые были в Доме литераторов. Ее замечательное выступление, но надо ее понимать, что она великий мастер, и она прежде всего унаследовала две крови, русскую и итальянскую. А когда она говорит о своем отце, она почти тонирует так, как говорил отец. Когда она изображала, как мама с ней разговаривала, вы это запомнили. И когда обвинили одного, один наш писатель, что отсутствует социальное понятие у Фёдора Ивановича, то как раз тот рассказ, где казанский бедный еврей впервые, когда избивали напротив мастерской сапожника, Этот портной звал его к себе, кормил его и спасал его от побоев.
Она это блистательно рассказала, что когда Шаляпин был Шаляпином, явился, он нашел этого портного. Это я хочу вам сказать, что мы сегодня заканчиваем, как не думается в Москве, дата, посвященная столетию Шаляпина. Но настолько блистательна она сама, я, дорогие сестры, знаю, что вы не менее блистательны, учите, научаете, как надо петь. Это, прежде всего, Лидия, вот эта красивая, которая поклонилась. Она учит в Америке, как надо петь, и ее слушают, и ей верят.
А это великая штука, потому что учить петь – это самое темное дело. Теперь, Ирина, подскажи мне, как представить еще другую сестру, с которой я впервые встретился?
Четвёртый голос.Актриса, пожалуйста.
Второй голос.Да. С сестрами дарим эти цветы с надеждой, что солнце расцветет и вся семья Федор Ивановича явится на родину. Разрешите поблагодарить. Не надо, уже сейчас не поможет. Раз на сцене ничего не поможет. Прыгай как в воду, прыгай шеей. Мы воздадим дань, поблагодарим присутствующих, выступающих и тех, кто хотел сегодня выступить, и даже тех, кто долго ожидал нас, потому что, ей-богу, это свидетельство колоссальной взволнованности.
И как радостно, что мы неравнодушны. Ведь директор не верил в то, что придут люди, поэтому он так. В вас не верил, в артистов не верил и очень много пригласил. И все пришли.
Пятый голос.И есть наша радость.
Второй голос.Я скажу то, что я чувствую искренне и в каждом из вас, в вашем сердце это прозвучит, что слава нашей Родине, слава, что мы существуем, и слава, что Шаляпин жив, живет и будет жить. Шоу-зал будет комментировать Ирина Федоровна. Тот, кто не видел этого фильма, он небольшой, 5-8 минут.