Первый голос.Так вот, мне прислали этот простор, и там чья-то статья с фотографиями и портретами. Портрет Натальи Николаевны. Причем художники говорят, что делал, хотя это делал ее не то сын, не то внук, но что это очень хорошо, профессионально сделано. Где видно, во-первых, что она совсем не очень красивая, во-вторых, это садковые годы, даже, ну, она скоро будет, если не готова. которая абсолютно ничтожная, абсолютно скучная, пустая, вообще никакая.
И потом дотест такой, что я говорю, мы все отмещены от одной этой фотографии, от этой фотографии рисунковой. Этот чудовище, этот мещанин, лавочник, совершенно тёмная личность, проходимость.
Второй голос.Ужас, что это. Я же никогда не знал, что это такое. — А каких времён это портрет?
Первый голос.— Тоже санковых готовок, тоже совсем не очень. Непонятно, что этот человек мог носить вообще форму кого-либо. Гарда и всё. Невозможно даже. — И усытил. — Да-да, совершенно. — Мне вообще нравится Наталья Николаевна. Я не ретик совершенно в этом отношении.
Второй голос.я понимаю
Первый голос.одной фразы Это же, можно сказать, ее защита. Я не знаю. Когда он уезжал, она сейчас же забывала его адрес. Непременно. Что это? Вот это будет раз, два, три. Я же обещаю себе, в самом деле. Сейчас же она его адрес. Потом, конечно, она транжирила деньги безобразно. Жить в деревне было спасением, какой-то год-два что-то можно было сделать. Ни за что, ни на минуту оторвать ее нельзя было от этих ботинок. И так далее. Мать была никакая, конечно, потому что надо было все-таки танцевать.
Имея четырех маленьких детей, ведь Наталья же родилась в мае 1936 года, так что она была крошечная совершенно, когда-то все происходило еще. А Таня одну ночь не сидела дома, только ей было нужно было танцевать. Зачем?
Второй голос.А потом самое ее поведение, она была молодая, пускай,
Первый голос.но потом она была дама с зрелого возраста, потому что она была просто 50-летняя, она же от этого не поумела никак.
Второй голос.Нет, ну ум это конечно не то качество, за которое может нравиться. Отношения к ушкам.
Первый голос.Учительная пуза. Насколько уже в конце он ее любил, насколько у У него была откормленная честь, дом, дети. Это уже там разобрать нельзя. И что он знал, что она виновата? Ушел, он ей сказал последние слова. Уезжай, постарайся, чтобы в тебе забыть. Где-то говорят женщины, которые считают право. А что она сказала Лацкому? Это уже красота.
Второй голос.Тогда она помирала.
Первый голос.Она умирала, тут с полетью.
Второй голос.А Лацко ее пережил, да? Еще как.
Первый голос.Вот это все и дело. Ну и собрались, как всегда тогда бывало, сидеть, настроение. Она благословляла детей, что с ним говорила. Потом она сказала, может ты не переживешь моей смерти и тоже умрешь. Старик жил 14 лет. Какой запас пошлости должен быть у умирающей женщины? И кто она такое говорит? Это можно сказать, что живи, это детей, это мальчики-мальчики. Ну кто же вообще человек, говорит. Такое вот. Вы знаете, они же знали это оба, и Жуковский, и Вяземский.
Но они в честь Пушкина, и все-таки ее защищали. А теперь открыли сети документы. Жуковский и Вяземский, конечно, наверное, люди, которые вот так уже близко. Я не знал, что она посылала детей к Дантесу. Это вы сказали? Да, ну как же! Есть вот это воспоминание Мэттмана, внука Дантеса, прямого. И что приезжали эти? Ну, после его женитьбы. Да нет, потом. Мальчики, когда выросли, они ездили к дяде Жоржу. Который вакансия? Они ездили в Париж к дяде Жоржу и тот и другой. Девочки не могли ехать, потому что они были барышни. Они просто переписывались своими пылинами только. А эти просто ездили. И там Дантес им рассказывал свои приключения. Значит, как это должно уже звучать?
Он пришел же и ответил, папа, вот это как было, спасибо. И вынесет область, тянет внимание. У Щекарева просто руки не доходили. Его силово слишком много. Материалы, большие пласты. Даже вот такие вещи он не выучил. Теперь напрягается это делать. И результат ужасный. Да нет. Как раз у вас и было воспоминание, что Александр... Я видела сына, когда открывали памятник царству, приехали лицеисты, привезли массу цветов, я Анинский читал речь, гимназисток и гимназисток привели, тоже там слушали,
Второй голос.И приехал сын Сталина и генерал Александра Александровича Сашкина, очень некрасивый, в такие отставные погоны, седой, немножко было видно, что так души лежит.
Первый голос.Они же никакого отношения не имели, они же росли в другой семье, другие были традиции, про отца никогда никто ничего не говорил. И самое страшное, что когда вышли эти чудовищные воспоминания Араповой, которые, в общем, даже не оценкировать, потому что это совершенно что-нибудь особенное, в новом времени, то она подпишет, что это такое, про то, что... К отцу. У него был сумасшедший отец, и там двух мальчиков взяли, когда он рос, чтобы он лучше учился, у него была такая манера.
И один из них был теперешний именинник Чернышев, а другой кто-то такой, Так какой-то внук этого написал большое, оскорблённое письмо, что это было не так, и девушка вовсе не то. А эти, позволяю сказать, прямые наценки, все были живы тогда, и Александр, и Григорий, все четверо, хоть бы слово написали, что оскорбляют тени конца. И какую тень?
Второй голос.Ну, сестра же их писала, наверное. Вообще они, наверное, видели это всё. — Его сестра. — Её. То есть их сестра, ну Арапова. — Кого? — Арапова ведь сестра же ихняя. — Ничья она не сестра. — Ну почему? Ну Наталья Николаевна, она дочка, всё. Так вот тут бы и нужно сказать, что это всё вздор абсолютно.
Первый голос.Потому что она пишет, потому что недостойный абсолютно, всё враньё абсолютно. И потом вот в Александрину она так рисует. Вот то, что стало препятствием в моей работе. Я в продолжении четырёх лет слышал одну цитату. Это была некрасивая молодая девушка, которая читала Пушкина. Вы понимаете, какая заслуга? Мы после этого полтораста лет все читали Пушкина. Нас никто за это не прославлял, правда? Она читала Пушкина, у нее были его книги, она вообще занималась хозяйством. Но никому, это было в новом времени, Щеголев взял, а Щеголева все знают эту цитату, но никому не пришло в голову в новом времени прочесть дальше, где она пишет про эту самую тетю Александрину, что та обладала таким характером, что она честена с ней.
Светлана Николаевна не позволяла ездить кататься слонским. Устраивала истерики, бросалась на пол, уезжала и так далее. Это же глубокая истерия и полное безобразие. Это самое умное и некрасивое читающее Пушкина. Потому что это всё вздор. И потом, знаете, кто разграбил библиотеку, когда? Когда? Когда библиотека была у них, Пушкинская, это известно. Почему она не взяла в эти генеральские апартаменты, где она жила, уланские, почему эти два шкафа не взяла к себе? Они ничего не сохранили.
Второй голос.Ну это, наверное, конечно, что-то немногим лучше. Всё-таки единственное достоинство, что она всё это читала Пушкина. Она читала Пушкина. Вы говорите, мы полтора ста лет читаем Пушкина, Но все уездные барышни в то время тоже читали Пушкина. Да. И что было?
Первый голос.Вы только заметьте, что молодёжь окружающая Пушкина его не читала и не любила.
Второй голос.В это время уже.
Первый голос.Не в это время, а вот я говорю про Томка Розин и Хигазинскую. Потому что они все были загипнотизированы Донбассом. Что для них это было, так сказать, совсем другое лицо. Не то, что для нас, но и не то, что вообще. А для них так им было 22, 23, 24, город — 7. А ему в это время было 36. А Наталья Николаевна была в их компании. Она была одна из девочек, которая бомж-вою составляла и веселилась с ними. И также была влиянием Дантеса, как и они все.
И вот он выходил, скажем, у него был недовольный вид, или они шумели, ему не давали работать. Он выглядел сердитый, недовольный, и он фигурирует во всём так, как недобрый, старый и скучный. И с этим спорить нельзя, потому что это я доказываю массой цитат и до конца тех материалов, которые недавно появились. И я считаю, что это и есть реальные виновники всего. Потому что они ставили в известных пекаря, они все им передавали, так что ни Пушкин не там, ни там Пушкин ничего не знал, что в посольстве происходит.
А они каждый шаг его знали, каждое слово. Ну да, это была старая сфера. А старый не приходил в голову от своих милых, маленьких, маленьких покрывать что-нибудь. Они же их покрывали, когда он погиб, и когда действительно все увидели ужас того, что произошло. А эта самая дочка Лязинского, Машенька, ее матери, такие же, которые могли быть в защиту Дантеса, о чем Дантес сообщает Брэгану Презусу, председателю суда, и просит вызвать ее, ее мужа Валуева, как свидетелей.
тут уже он не живет, потому что это официальная бумага, понимаете? Что же это такое? И вот так моя работа была построена, там уже было совершенно все, совершенно прозрачно и ясно. Это мне нужно даже сделать теперь и до Англии. Я, во-первых, могу им дать доклад житейский, чтобы они не думали, что вообще уж это семья. Да, там большое хорошее изучение русское, кто-то понимает, кто-то говорит, кто-то не говорит. Туда в него втянут, а там мысленно вместе с ними, они чмеялись над ним, она тоже чмеялась над ним, да-да-да.
И вы знаете, единственная ее фраза от этих страшных дней, которые она писала о нас, это такая, что что на детском Валуеве, там на елке у Вятюшки, Валуев, 19-летний ребенок, муж Машеньки Вятюшки, сказал ей, как вы можете позволять такому человеку так с вами обращаться? Такой человек имейте в виду Пушкин. И она сказала, я знаю, что я виновата, но когда он ко мне обращается, меня охватывает дрожь. Это единственная правда этой юной дамы, Который вы защищаете.
Андрей, Андрей, он все-таки нарушает устоявшуюся уже схему. Да, ну как им нравится, он говорит, что это красиво, это красиво, и я с государством в восторг. Вот, значит, как вы идут. И вообще, а как же вы здесь? Не понимаем, какие непопулярности Пушкина. Мы себе ни одного доброго слова, ни одного. Это проследили. Никогда. Сначала носили на руках, ай-яй-яй, как пленник, фонтан, все чудо-чудо. А как полтава, что случилось, как отрезало? Никто не слон доброго.
Второй голос.Но он же все сам об этом написал, когда написал на Братинском.
Первый голос.Поразительно. Даже пиковая дама. Может быть, то, что лучшее, что написано на русском языке вообще, да всё время существует в своём языке, даже это и не дошло.
Второй голос.Удивительнее даже не то, что это не доходило до Владиша, но что поздние вещи Пушкину даже до его друзей, в общем, толком не доходили. Абсолютно. А вы помните страшное письмо Веринского?
Первый голос.Чудовищное. Это письмо врага. А ведь он первый в мире читал его. До четырех дней, а на него письма, он убедился, что читал это письмо. А эти знаменитые слова... Капитанскую дочку, и тот ему расписался потом. Там, черт знает, что написано.
Второй голос.Эти знаменитые слова после того, как прочли бумаги.
Первый голос.Пушкин философ. Кто мог бы об этом говорить?
Второй голос.У Гоголя было молитвенное отношение.
Первый голос.Нет, когда он умер, конечно же, все перевернулось. И Вязевский сходил с ума совершенно. Ему вообще было свойственно время от времени заболевать психически. И он был в больнице. Но пока он жив был, пока можно было руку против него помочь, сказать, никто. Вы не слышали, что я по радио, то есть по телевизию, говорила о Курске в этот раз? Нет?
Второй голос.Даже не слышала, просто говорили.
Первый голос.А, да, в Ленинграде, в Москве?
Второй голос.Нет.
Первый голос.Я в Ленинграде. Курске не петь, нет. Это как-то такой пустячок. Я даже не вру с ним, я не пробую от него ничего. Ну, я решил, что органически ненавижу телевидение. Сказал, что я не пойду сама. Не за что. И один хороший актер читал это. Три мастерства денег Пушкина пришли, и вот это. Потому что в 37-м году, когда был большой юбилей, то комиссия поспорила снять памятник Пушкина. Знаете, у нас там есть такой, мы его заявляем, банный памятник, потому что Пушкин в кипании рядом.
Очень плохой, чёрненький такой, стоит на Пушкинской улице. Вы, может, даже не знаете, нет? Не помню. Ну, первая такая. Михайловская, я думаю, шесть, теперь Марат, а вторая Пушкинская. По Невскому тогда идёшь. Тёмный скверик очень плохой.
Второй голос.Всё заставлено очень высокими, очень многими домами. Эта часть города при Пушкине не существовала. Так вот, почему-то там пришёл этот памятник.
Первый голос.Чтобы его снять, потому что он недостойный вообще такого города. Естественно, была горка маленькая рядом, катались дети маленькие из этой горки, там что-то строили, лопаточки, все. Приехал грузовик, рабочий, кран, все такое добавили. И когда эти дети увидели, они поняли такой рев дичный, что бы тебе позвонили. Дальше идет, не говоря о старте. Я тогда подумала, что Эсип это был не Пушкин, а кто-нибудь другой. А эти дети мы с удовольствием встали вокруг и смотрели, как снимают.
Второй голос.Ну да, такое событие.
Первый голос.Да, просто им интересно было. Но так один хозяин Пушкин ни за что им оставил его стоять. По этому поводу я говорила, что нет ни одной семьи, где бы говорили по-русски, и где бы ребенок мог вспомнить, когда он услышал впервые это слово. Потому что и в портретной стиле рядом с папой, и с мамой видит, и в лукоморье друг с ребенком, я не знаю, все. Хотя что такое лукоморье, я даже не знаю. Я не знаю. И вот что такое написано еще в русском языке, что это закладывает такой фундамент все-таки.
Вот самое глухоморье и юмсибионы, и все это поведение Пушкина. Но ведь, хотя Горбунька все любят читать, но дядя Иршова нет. Никогда. Сам по себе всегда... Да, да, я его знаю, знаю. Значит, нет, честно говоря. И сам Пушкин никогда не думал, что он идентифицирует.
Второй голос.И даже когда его где-то попросили, он что-то такое сказал. Очень неприлично ответил по этому поводу.
Первый голос.Вы с ума сошли, я ему непосредственно царя не кину. Вы сейчас уже ужасные. Если сказать так. Да, да, да.